– Почему? – встаю рядом, наблюдая, как Янис изворачивается, чтобы потереть спину, потому что не может поднять руки.
Перехватываю мочалку и осторожно вожу по коже, чтобы не причинить ещё большую боль. Замирает, позволяя себя мыть. Вероятно, ему настолько больно, что он готов предоставить процесс той, что и шагу не может ступить без травмы.
– Потому что Влада отвечала за план, в результате исполнения которого остаётся в плюсе. Мерханов позволил ей продать сейф, чтобы заработать, оставить дом и имущество, но хотел прибрать твоё наследство.
Предполагаю, расклад именно такой. Ты сбежала, Тимур отправился на тот свет, а Влада следом. Это своего рода наказание за неисполнение. Саид вверил ей сына, и всё закончилось плохо.
– Откуда он знает, что папа мне оставил? До момента вступления в наследство никто не узнает, сколько имеется на указанном счёте.
– Он не знает. – Янис встаёт под поток воды, смывая шампунь. – Никто не знает. Но все уверены, что Вася сколотил приличное состояние. Это лишь догадки, подкреплённые слухами.
А откуда они взялись, уже никто и не вспомнит.
– А если там ничего нет?
– Значит, Мерханов будет разочарован.
– А ты? – осторожно спрашиваю и по какой-то причине умалчиваю, что открыла каракури, найдя то, что предназначалось лишь мне. А может, Дамир ему уже рассказал?
– А мне всё равно.
– Правда? – сглатываю и застываю, до конца не веря, что хоть кто-то не заинтересован в моём наследстве. – Когда мы встретились, ты согласился меня отвезти в Тольятти за половину наследства.
– Цветочек, – Янис обматывается полотенцем, выходя из душевой и отодвигая меня, – я реалист и понимал, что на кладбище может ничего не быть. Слишком фантастической казалась твоя догадка.
– Но всё равно согласился мне помочь.
– Если хочешь, для меня это была последняя услуга твоему отцу. Вася был из тех, кто всегда выполняет обещания и отвечает за свои слова. Лишнего не брал, с клиентами работал в открытую, информацию не сливал. Один из немногих, кто придерживался какого-то своего кодекса, оставаясь человеком.
Возможно, именно по этой причине ты выросла такой.
– И всё больше об этом сожалею, – опускаю голову, понимая, что по-прежнему нуждаюсь в поводыре по этой непростой, как я уже поняла, жизни. – Если бы он меня подготовил, всё было бы иначе.
– И тогда бы не было этой открытой девочки, – поднимает моё лицо, прикасаясь губами.
– Что будет дальше? – хочу иметь надежду, что Янис останется в моей жизни.
