– Расскажешь? – Не знаю, зачем мне информация, причиняющая ещё большую боль, но хочется знать хоть что-то о том, кого я отныне никогда не увижу.
– Семейство Одинцовых владело нефтяными вышками, и папа давно положил глаз на них. И случай представился: дочери Валерия Одинцова понравился Янис. Встретились на какой-то вечеринке, завязалось знакомство, которое папа решил переквалифицировать в нечто большее, а точнее, объединить капиталы посредством брака. Одинцову идея показалась отличной, к тому же сама Виктория тянулась к Янису.
Свадьба гремела несколько дней, став событием года. Мне тогда десять было, но даже я помню самые яркие моменты. А затем все стали ждать.
– Чего?
– Что может навсегда связать две семьи?
– Дети. – Догадка приходит мгновенно.
– Именно. Но время шло, а ничего не происходило. Спустя год Одинцов отправил дочь в европейскую клинику, где подтвердили: всё в порядке, никаких проблем с зачатием не имеется. И тогда пришло время Яниса.
– Он бесплоден?
Вспоминаю, как он не заботился о защите во время секса, а на следующий день заверил, что волноваться не о чем.
– У него выявили астенозооспермию. Нарушение, при котором сперматозоиды настолько вялые, что не могут оплодотворить яйцеклетку. Это, по сути своей, симптом, а не заболевание.
– А причина? – присаживаюсь на край кровати, проявив интерес, к которому Эрнест стремился.
– Проблемы, связанные с внутренними органами или влияние внешних факторов, например, повреждение или же генетические дефекты. После обследования причиной объявили травму, которую Янис получил во время службы в армии.
– То есть он может иметь детей?
– Может, конечно, – фыркает Эрнест, закатив глаза, – но вероятность этого настолько ничтожна, что он может пытаться всю жизнь, а отцом не стать. Проще говоря – один шанс на миллион. – Довольная улыбка оповещает, что проблемы Яниса доставляют ему удовольствие.
– С Викторией шанса не случилось?
– Плюсом к его диагнозу добавился ещё один – биологическая несовместимость партнёров, конфликт генетических материалов.
Неразрешимое комбо, которое обрубило все надежды глав семейств на наследников. Одинцов предложил расторгнуть брак мирно. Вика просила дать ещё время, но все понимали, что ситуация патовая, а шансы не помогут. Янис согласился, отец был в бешенстве, потому что упускал огромный кусок пирога, на который капал слюной много лет. Мне было двенадцать на момент их развода, так что второго сына отец предложить не мог.
– Теперь вся надежда на тебя?"
"– Именно.
