Положиться могу лишь на маму, но и она далеко, живёт своей жизнью с новым мужем.
Бесшумно поднимаюсь, чтобы не потревожить Цветочек, замотавшуюся в простыню с головой. Бросаю взгляд на занавеску, едва сдерживаю хохот, вспоминая, как она в ней крутилась. И пока магнит для проблем мирно сопит, не разрушая пространство, топаю в душ, чтобы освежиться. По правилам отца нам предстоит пытка завтраком, а потом, надеюсь, мы свалим из этого места. Он получил всё, что хотел. Больше не будем полезными.
Включаю воду, упираюсь ладонями в стену и, закрыв глаза, обдумываю, что делать дальше.
В первую очередь с Майей. Нужно её устроить. Чтобы могла жить и отвечать за себя. Документы, немного денег, квартира. Возможно, мои визиты иногда… Не распробовал. Уверен, она может меня удивить, стать горячей, завораживающей… Не хотел бы, чтобы она стонала под кем-то другим. Можно немного побыть рядом. Пару недель, может, месяц или два. А дальше…
Чувствую взгляд между лопаток и, резко обернувшись, встречаюсь с завораживающей зеленью, жадно поедающей моё тело сквозь прозрачное стекло.
Майя не отворачивается, когда замечаю её, наоборот – рвано выдыхает, двигаясь взглядом ниже. Останавливается в районе паха и… Мне кажется или она облизывается?
– Я хотела посмотреть на тебя, – крутит пальчиком в воздухе, – всего. Вчера было темно, и я думала о другом, а до этого видела тебя только в трусах.
– И? – Я в предвкушении, что же Цветочек для себя высмотрела.
Игриво закусывает губу и приближается, сразу кладёт ладошку на член, неспешно водя от основания до головки.
Мгновенно откликаюсь от такой простой ласки, но хочу её придержать, потому что есть вероятность, что сегодня моё вторжение будет не очень приятным. Но она продолжает манипуляции, а затем и вовсе перемещается на мошонку, слегка сжимая и осторожно водя пальчиками. Я словно её личный тренажёр для экспериментов или же она действительно хочет изучить и ощупать меня всего?
И как только собираюсь остановить Цветок, она одним движением опускается на колени и проводит языком по члену, захватив губами головку.
– Цветочек, полегче! – удивляюсь собственной импульсивности и почти вскрику.
Когда я последний раз от такого отказывался? Да никогда. И сейчас не стоит, тем более меня выбрали в качестве тренажёра. Да кто я такой, чтобы запрещать Майе заниматься исследовательской деятельностью?
– Ты ведь вчера сам сказал, что можно, – вкидывает взгляд, оставаясь на коленях, – и косяки отрабатывать.
