Что это значит? Не собирается ли он попытаться убить меня?
Кирилл словно прочитал мои мысли.
– Не бойся. Что ты. Двусмысленно прозвучало. – Он смеется. – Не бойся, я просто пытаюсь подготовить. Подготовить тебя. Как тут выразиться поточнее? К информации.
Я и не боюсь. Пусть я не силач, но уж с ребенком-то я справлюсь. Не боюсь, но на всякий случай немного отхожу. Встаю поудобнее, готовлюсь к драке. Вдруг он вооружен. Если вытащит нож, отскочу за дерево, там схвачу какую-нибудь палку, отобьюсь.
– Да не собираюсь я нападать.
И нет у меня оружия. – Он словно опять читает мои мысли.
Как ему это удается?
– Кюблер-Росс не верила в смерть, – продолжает Киря, считала, что это лишь переход в другое состояние. Иное, качественно лучшее состояние. Она верила в загробную жизнь.
Кирилл тяжело вздыхает.
– И знаешь что. Трудно не согласиться с доктором, особенно когда можешь убедиться лично. Загробная жизнь существует.
Я слушаю.
Сигарета в зубах. Кулаки на всякий случай сжаты. Держу ногу «заряженной», готов ударить в ответ в любую секунду.
Слушаю, молчу, слежу за его движениями и изредка киваю.
Кирилл выжидает паузу. Дает возможность ответить. А я молчу, готовый ко всему.
– Как ты относишься к смерти? Веришь в рай или ад?
Я не отвечаю.
– Можешь и не отвечать. Я и так знаю. – Он машет рукой. – Не суть. В общем, она наблюдала за пациентами, которым сообщали смертельный диагноз.
– К чему ты ведешь?
– Ни к чему. Просто ты должен знать, чего ждать. Предупрежден – банкой вазелина вооружен.
Он смеется над своей глупой шуткой. А мне надоело ждать и слушать его бред.
– В итоге доктор Кюблер-Росс сформулировала пять стадий. Отрицание. Гнев. Торг. Отчаяние. Принятие.
– Можешь прямо сказать, чего ты меня позвал?
Он игнорирует вопрос, продолжает свой рассказ. Он говорит о докторе с такой лаской и трепетом, словно был с ней лично знаком.
– Умирающий проходит все пять стадий. Не обязательно в таком порядке, как она описала, но все пять. Тут без вариантов. Чтобы принять, нужно пройти их все, одну за одной.
Пережить.
Прыщавый медленно приближается ко мне. Я стою, не двигаюсь. Не хочу, чтобы пацан решил, что я его боюсь.
– И запомни! – Киря переходит на шепот. Его глаза поблескивают в темноте, а руки дергают меня за рукав. – Не до конца пережитая стадия мешает принятию.
Он повторяет по слогам прямо мне в ухо: «При-ня-ти-ю»."
"Я киваю головой и улыбаюсь. Вот теперь, кажется, я догадался. Понятно. Теперь-то до меня дошло.
