— Сейчас лошадей стреножим и вместе прогуляемся.
— Знаете, командир, — нахмурился бур, — я вас уважаю безмерно. Вы и жизнь мне спасли, и в бою труса не празднуете, вот только, простите на честном слове, по бушу ходить совсем не умеете. Вот как будем на вашем кораблике плыть, там вам и карты в руки, а здесь, уж не обижайтесь, вас любой сопливый мальчишка-фермер мигом обставит.
— Может, я хотя бы подстрахую тебя, — не сдавался Арсенин, досадуя на то, что Барт говорит правду. — Издали. А то мало ли чего случится…
— Нет, командир, — отрезал Ван Бателаан.
— Коль вдвоем пойдем, мне и за собой, и за вами приглядывать придется. Лучше уж я один, так риска меньше.
Осознавая всю никчемность и бесполезность дальнейшего спора, Арсенин махнул рукой и, спрыгнув на землю, принялся опутывать ноги лошадям, в то время как Барт, подмигнув на прощанье, беззвучно растворился в ночной тьме.
Арсенин прикурил очередную папиросу, привычно пряча огонек в кулаке. С момента ухода бура прошло уже больше часа, и он понемногу начинал нервничать.
Воображение, подстегиваемое звуками ночного буша, рисовало картины, одну хуже другой. Всеслав едва находил в себе силы, чтобы сдержать свой порыв уйти в неизвестность на розыски товарища, когда бестолковый гам лесных жителей оборвал винтовочный выстрел. Затем второй. Третий.
Капитан, перехватив винтовку поудобнее, настороженно повел стволом по сторонам. Все было тихо, и даже лошади, не проявляя беспокойства, спокойно щипали траву. Через несколько минут лесной народ вновь завел многоголосую песню, и Арсенин, устав от ожидания и неизвестности, шагнул к кустам в том направлении, куда ушел Барт.
Еле сдерживая первоначальный порыв броситься следом, он отшатнулся к лошадям. Проведя некоторое время в раздумьях, Арсенин поправил патронташ и уверенно отправился в просвет между деревьями. Бестолково проплутав по ночному бушу полчаса и не найдя даже намека на след Ван Бателаана, Арсенин, присев на пенек, достал спички. Не успел он чиркнуть о терок, как откуда-то слева до него донесся приглушенные обрывки английской речи.
— Слышь, Джок, вроде справа шастал кто-то? Может, пальнуть, а?
— Тоже мне, стрелок нашелся! Я те щас так пальну, костей не соберешь! Нам и так из-за тебя через день в караул идти. Еще часа не прошло, как ты по птицам отстрелялся! Хочешь, чтобы опять сержант Мэрдок примчался и не только еще один караул впаял, а и морду твою тупую сапогом распинал?
— Ты б, Хоспелл, пасть прикрыл, что ли.
