Его действия… Мне кажется, учили его хорошо. В том числе засекать наружку. Он этим теперь и занят.
— Значит, не очень хорошо учили, если вы это поняли.
— Так то я, — усмехнулся разведчик."
"Об этом человеке ходили легенды. Таких мастеров еще поискать. Человек-тень. Если прилипнет, то уже не отлипнет. А ты и не заметишь. Коли говорит такое, значит, объект действительно что-то почувствовал.
— Ну что делать будем? — Разведчик выжидательно посмотрел на меня. — Ждать, пока он нас раскусит и выплюнет?
— Вот что, — подумав, выдал я.
— Пока поводите его на длинном поводке. При малейшем риске засветки отпускайте. А мы тем временем решим, как дальше дело вести…
Мой начальник свалившимся известием был озабочен, озадачен и даже взволнован. Он тоже отлично знал старшего группы наружки и полностью доверял его мнению.
— Если сам Томин опасается, то тянуть не будем, — заключил он. — Иначе упустим объект.
— Тогда в наручники?
— Давай, гроза ночного города. Сегодня же ночью…
Глава 22
В группу захвата мы решили включить Дядю Степу.
Ведь он знал Марьину Рощу как свои пять пальцев. С удовольствием вспоминал, как рос на Сретенке и с марьинскими они время от времени сталкивались в благородных молодецких битвах.
В 1946 году он демобилизовался из армии, где с 1943 года служил в полковой разведке и честно заработал два ордена Славы. Азартная стихия поиска и борьбы отпускать его не собиралась, поэтому он с радостью согласился пойти на работу в милицию. Курсы подготовки. Потом уголовный розыск. Первое назначение именно в Марьину Рощу.
Это такое чудесное местечко — начинается почти в центре Москвы. Город в городе, где величественный Театр Советской Армии соседствует с деревянными бараками, а добротные купеческие дома — с покосившимися трехоконными развалюхами и дровяными сараями. В детском парке, устроенном на месте Лазаревского кладбища, обладавшего в свое время зловещей мистической славой, по вечерам собирается местная молодежь. И на танцплощадке, получившей циничное название «на косточках», звучат танго и фокстроты.
Там полно воровских малин и притонов, которые постоянно вычищают, но они возрождаются вновь, как птица феникс. Любимое место концентрации ворья и преступного элемента. Притом не сегодня это началось. В XVIII веке, по легенде, именно в этих краях разбойничала атаманша Марья, и тогдашние сплошные леса служили приютом для лихих людишек.
«В Марьиной роще народ простой:
Пять минут постой — и карман пустой».
Эдакий заповедник маргинальной старины.
