Что значили для американцев эти расчеты? Отказ от конфронтации? Политика мира и согласия? Как бы не так! Не может быть мира с «дьявольскими коммунистами». Нужно больше бомб и самолетов. А сегодня они возлагают большие надежды уже на ракеты — творцов ФАУ-2, эсэсовцев-ученых, они успешно отловили и вывезли на свою территорию. Им необходимо до коликов в печени приблизить «благословенный» час заветного удара по самому страшному противнику, которого они знали в своей истории."
"Взрыв в 1949 году ядерного устройства в казахской степи стал для западного мира шоком.
Там представить себе не могли, что так скоро их полнейшая безнаказанность канет в Лету. У России появилось оружие возмездия.
Вот только если отбросить наши радужные эмоции и победные реляции, то дела обстояли не так хорошо. Ни о каком паритете речи пока не шло. На конец прошлого года у нас было всего лишь две бомбы суммарной мощностью сорок килотонн. А у американцев — сто семьдесят, общей мощью больше четырех мегатонн, притом снаряженные, готовые к доставке и применению.
Соотношение было удручающим.
Нужна русская бомба. Простая. Доступная. Смертельная. Массовая. На нее сейчас трудятся, не жалея себя, сотни тысяч людей. Каждый на своем посту. Одни разрабатывают и строят реакторы, центрифуги. Другие разведывают и добывают уран. Третьи обеспечивают безопасность. И ищут тот чертов заколдованный фургон, который никак не дается в руки.
Мне нужна та проклятая машина. И агентура противника, так вольготно раскатывающая на ней.
А в том, что мы имеем дело с агентурной сеткой, накинутой на Проект, сомнений у меня теперь не было.
Грузовой транспорт в СССР в собственности запрещен, значит, вражеский агент крутит баранку на каком-то автотранспортном предприятии. Один раз мы уже отрабатывали их по нападению на Ленковского. Тогда у нас набралось больше сотни, которые крутились в это время по столице и могли быть у места происшествия. Теперь оставалось составить список машин и их шоферов, которые могли быть в пути во время покушения на Базарова.
И просто сверить номера машин, а также фамилии водителей.
В итоге этих нехитрых действий осталось семьдесят шесть автомобилей и столько же водителей. Много, конечно.
Втихаря оперативники осмотрели большинство фургонов. Никаких следов ДТП, вмятин, сколов не нашли. Или опять не там ищем, или подрихтовали их.
С Дядей Степой, помощь которого была просто неоценима, мы судили-рядили, как быть дальше.
