– Хорошо, я понял, кто мне скажет… – и он задает следующий вопрос, на который я тоже знаю ответ. Теперь я стала смелее.
– Оу, юное дарование, и даже на латыни знаете? – наконец-то на лице преподавателя появляется подобие признания того, что я не гуглю, а сама знаю это. – Очень радует, что к нам поступили такие умные дарования.
Остальную часть пары мы обсуждаем организационные моменты. А потом нас отпускают. Выхожу со всеми.
– Аня, подойди! – слышу я голос Вики сзади.
Оборачиваюсь – она стоит вместе с еще одной девушкой, они сидели вместе.
– Да, ты что-то хотела спросить? – стараюсь быть максимально дружелюбной, но по ее лицу понимаю, что не получится.
– Ты думаешь, что самая умная? – с ходу произносит она, подходя ко мне еще ближе. Она высокая, и мне приходится задрать голову. Ее кошачьи глаза смотрят на меня с прищуром.
– Нет, я… – хочу сказать, что просто отвечала на вопрос преподавателя.
– Так вот уясни, подруга, умников тут не любят, – не дает она мне ответить. – Особенно таких, как ты, деревенщина.
И ее глаза спускаются вниз, на мой старенький свитер. Одаривая меня таким взглядом, что мне становится обидно почти до слез.
– Уясни это сразу, – бросает она напоследок, а потом, развернувшись, уходит, стуча своими шпильками.
Глава 6
После этих слов мое настроение скатилось к нулю. Я была так рада поступить сюда, но на деле все оказалось не так радужно. Особенно в группе.
Вику сразу же выбрали старостой. Хотя по факту никто ее не выбирал, она сама решила назначить себе ею.
Нам пришлось только принять это, потому что больше этим никто не хотел заниматься. У Вики была ее свита, теперь она не одна, теперь их трое. Регина и Настя – верные подруги. А еще Виктория, конечно же, стала девушкой самого желанного парня университета. Он был богат и красив, и по нему вздыхали многие, как я потом узнала.
Для меня он был обычным. Да, может быть, модельные скулы, развитая мускулатура, которая явно была не дана ему от рождения. Еще вдобавок и богат… Хотя уточнение: богаты его родители, а не сам он.
Поэтому к таким я относилась прохладно. Меня вообще не интересовали мои ровесники.
Виктория словно выбрала меня мишенью для своего самоудовлетворения. То и дело сыпля колкости в мой адрес. Конечно же, я старалась не обращать на это внимания. Но приходилось очень туго. Если внешне я могла держаться, то внутренне – нет. На меня словно вываливали ведро помоев, и становилось очень паршиво. Я не была готова к такому. К «школе» университета.
