— По жопе кто-то сейчас тоже получит, — говорю Тимофею. — Это что за фокусы с водой? Я сколько раз говорила, что это не смешно и так делать не нужно?
У нас и раньше были подобные прецеденты. То он в саду кому-то чай на голову нальет, то песком девочкам голову посыпет. Обычно Тимофей всегда извинялся, сейчас же он просто хмурится, а извиняться, судя по всему, не планирует, складывает руки на груди и отворачивается. Дуется.
— Тимофей! — зову его, вкладывая в голос все недовольство, на которое способна.
Я редко ругаю сына, еще реже могу наказать, но то, что он только что вытворил не идет ни в какие рамки.
Облить меня неожиданно водой и нахамить постороннему человеку — такого он еще никогда не делал! Спускать такое на тормозах нельзя.
— Ты наказан, — говорю, не дождавшись его ответа. — Никакого сладкого сегодня и спать в девять.
— Угу, — бурчит Тимофей.
В этот момент на палубу выходит Макар. Судя по стекающей с волос воды, он только что выбрался из бухты.
На нем одни плавательные шорты, а на лице улыбка, которая тут же меркнет, стоит ему заметить хмурое выражение лица сына.
— Что случилось?
— Он матерился, — сын тыкает пальцем в Ника. — А мама наказала меня.
— Да? — с улыбкой говорит Макар. — И за что же тебя наказали?
— За то, что облил маму водой и отвлек ее от массажа.
После слов сына я сквозь землю готова провалиться. Макар смотрит на меня без осуждения, но я сама себя виноватой чувствую. Это у меня здесь ребенок, и я должна была пресечь любую тактильную близость с другим мужчиной при нем.
Я же этого не сделала и, конечно, Тимофей все воспринял по-своему.
Глава 24
Ближе к обеду настроение у всех поднимается. Сын на меня больше не злится, Макар не поддевает Ника шутками. Мы мирно сосуществуем на яхте. Наслаждаемся солнцем, морским воздухом и отдаленностью от туристической суеты.
Ник знает бухты, куда не причаливают туристы. Здесь нереально красиво и пустынно. Скалы вокруг и вода такая прозрачная, чистая, насыщенного голубого цвета.
Глаз не оторвать. Я делаю несколько фотографий Тимофея и украдкой сына с Макаром. Он не видит, держит Тима на руках, улыбается.
Я ни за что не покажу ему это фото.
Потом фотографируют меня. Ник со своего и моего телефона, хотя, по правде, на его мобильном я бы предпочла фотографии удалить. Вспоминаю одну неприятную ситуацию и не могу успокоиться. Прошу Ника удалить фото.
— Держи, — он протягивает мне мобильный, заранее сняв блокировку.
