Вспомнив о Моте и чудесных детишках, Зинка непроизвольно улыбнулась.
– Да беги уже, – сказала она ему, немного завидуя.
– Зин, я тоже пойду? – как всегда неуверенно спросил Эндрю. Он тоже сидел как на иголках все совещание. – Мы с Викой в театр собрались.
– И ты беги, – ответила ему Зина. – Вике от меня привет.
– Обязательно, – пообещал ей Эндрю.
– Когда они уже поженятся? – сказал тот ему вслед.
– А зачем? – Зина пожала плечами. – Им и так хорошо.
– Ты знаешь мою историю, Зин, я живой пример того, что это просто необходимо.
Семья начинается с обязательств. Обязательств супругов между собой, затем перед ребенком. Но как ни странно, именно они, эти самые пресловутые обязательства, если, конечно, они двухсторонние, делают тебя по-настоящему счастливым. Когда ты не просто чувствуешь ответственность за любимого человека, но и ощущаешь ее на себе, называя это заботой. Только создав свою семью, я почувствовал то, за что все так любят жизнь – цену собственной и чужой жизни, которая образует тонкую грань счастья.
Алексей говорил неуверенно, словно бы не верил, что Зина способна его понять.
– Ты правда очень сильно изменился с того момента, как я увидела тебя впервые в нотариальной конторе пять лет назад, – заметила Зина, грустно улыбнувшись, точно вернувшись в прошлое.
– Ты тоже изменилась, – серьезно ответил ей Алексей, и Зина, все еще улыбаясь, уточнила:
– В худшую сторону?
– Честно – не знаю. Вроде бы все хорошо, ты стала сильной женщиной, на удивление талантливым руководителем…
– На удивление! – усмехнулась Зина, все еще пытаясь перевести разговор в шутку.
– Ну да. Если честно, не верил я в тебя, каюсь. Пять лет назад мне казалось, что молодая испуганная девчонка, защищающаяся от мира своими веснушками и зелеными глазами, не способна управлять детективным агентством, тем более таким сложным, как это, но ты справилась. Не просто справилась, – продолжал говорить Алексей, явно еще не сказавший того, что хотел донести до Зины.
– Ты руководишь настолько профессионально, точно училась этому годами.
– В этом ты прав. Мне иногда кажется, что дед всю жизнь готовил меня именно к этому, просто я об этом не подозревала, – признала Зина, перестав наконец улыбаться.
Дед.
Эндрю, Алексей и даже лучший эмпат в истории агентства «Дилетант» и одновременно единственная подруга Зины – Мотя, не знали о той записке, что Зина нашла в ручке зонта, и по-прежнему считали деда умершим.
