Давай!
Аккуратно бью ее по щекам и опять делаю искусственное дыхание.
Трясу за плечи. Но у меня на руках обмякшее слишком податливое, послушное тело.
И с ужасом понимаю, что не хочу, чтобы она умерла. Не хочу держать в руках обмякшее тело, которое позволяет делать с собой что захочешь. Нет!
Начинаю яростнее делать ей массаж и искусственное дыхание. Буквально впиваюсь в нее.
А потом приподнимаю и прижимаю к себе. И сам пугаюсь этого жеста. А вдруг это в последний раз, когда я касаюсь ее?!
56. Милана
Первое, что я ощущаю, приходя в себя, — частое сердцебиение.
И это точно не мое сердце. Каждый удар хлестко отдается в меня. И мне жарко и… тесно. Да, мне тесно.
С трудом приоткрываю глаза. Меня кто-то обнимает, крепко прижимая к себе.
— Стас? — едва слышно зову я.
Хватка сразу же ослабевает. Поднимаю голову и инстинктивно отдаляюсь, хотя руки вокруг моего тела и не позволяют мне этого сделать.
Как он здесь оказался? Почему я в его руках? И главное — что произошло?
Мне хочется получить ответы на все эти вопросы, но я не могу произнести ни слова.
В теле непривычная слабость. В горле першит. Откашливаюсь. И очень хочется пить. Но даже такую безобидную просьбу я не решаюсь озвучить этому человеку.
А он пальцами приоткрывает мои веки и рассматривает их. Меряет пульс на запястье, задумчиво глядя в землю.
— Что случилось? — наконец, решаюсь спросить.
— Пожар, — спокойно говорит он.
— А где Стас? А Вы… Что Вы здесь делаете?
Эти вопросы остаются без ответов. Он просто берет меня на руки и куда-то несёт.
А я опять чувствую, как меня накрывает страх.
Но Дамир сажает меня на садовые качели. От этого они раскачиваются и у меня начинает кружиться голова. Хватаюсь за ручки и закрываю глаза.
Качели резко застывают на месте.
— Пить, — хриплю из последних сил и только слышу шаги.
Спустя какое-то время появляется Дамир с бутылкой воды. Хватаю, едва он протягивает мне ее. И жадно пью. Так, как будто я не пила целую вечность. Чувствую, как вода растекается по моему телу, принося долгожданную прохладу.
Я так сильно хочу пить, что не замечаю, как вода течет и по подбородку, стекает по шее и смачивает одежду.
Убираю бутылку ото рта и Дамир платком касается моего подбородка. Я дергаюсь назад. Во мне сидит животный страх от его прикосновений.
Он, похоже, замечает это мое движение и просто убирает свою руку.
Вытираю подбородок рукавом и слышу звук сирены. Он становится все громче и громче.
Наконец, машины въезжают во двор. Сначала пожарная, потом «скорая».
