А путь наш продолжался. Мы поднялись по серым каменным ступеням и вошли в дом. Пахло цветами. Откуда-то из глубины доносилась музыка. Кто-то играл на фортепиано. В мелодию диссонансно вплелись звуки наших шагов по сияющему лаком паркету. С картин в рамах из тёмного дерева на нас смотрели люди в дорогих одеждах, странные существа, махали ветвями деревья. Арочные окна окаймляли тяжёлые портьеры. Солнечный свет вливался в обстановку с преобладанием дерева, но не придавал тепла. Чего-то не хватало.
Чего-то очень важного. Будто уюта. Здесь было чисто, красиво, даже стерильно. Я словно попала в музей, а не в жилой дом.
— Хватит мучить инструмент, пора заняться наукой, — донёсся до слуха жёсткий женский голос.
— Прекрати мне приказывать, — фыркнул другой женский голос, молодой и высокомерный.
— Если тебе не приказывать, ты совсем отобьёшься от рук."
"Через несколько секунд мы попали в гостиную, оформленную в золоте и изумрудном цвете. Черноволосая девушка лет восемнадцати сидела на банкетке за фортепиано.
Только клавиши были закрыты крышкой, которую не позволяла поднять высокая худая блондинка лет пятидесяти в коричневом платье под горло.
— Забава, ты должна заниматься, — она сердито тряхнула головой, поджав в недовольстве тонкие губы.
Девушка ответила упрямым взглядом. В голубых глазах вспыхнул потусторонний свет.
— Хватит мне приказывать, Агата, — повторила она, надув полные губы.
— Кхм-кхм, — стражник решил сообщить о нашем присутствии.
— По объявлению, — пояснил он.
— Новые смертники? — предположила девушка и невинно захлопала длинными ресницами, когда женщина зло на неё зыркнула.
— Вы не слишком молоды для должности гувернантки? — с сомнением прищурила серые глаза Агата, отчего в их уголках собрались морщинки. — Можно взглянуть на ваши рекомендации?
— Эм, — только и смог выдать Водянов.
— Мы без них, — призналась я честно.
— Тогда вам нечего тут делать, — бескомпромиссно отрезала она, прерывая мою попытку быстро придумать причины.
— У нас Кот Учёный, — вставил веское слово Водянов.
— С документом об образовании? — заинтересовалась Агата, на что манул расстроенно скис. — Понятно.
— Агата! — тут в комнату влетел мальчик лет шести на вид.
Черноволосый, как и девушка, растрёпанный, в рваной одежде, некогда наверняка очень дорогой. А за ним нёсся огненный вихрь.
— Берегись! — я начала действовать раньше, чем заработали мозги.
