Но вновь и вновь прошлое возвращалось в ночных кошмарах, особенно тот первый раз, когда ей вкололи сыворотку правды.
Она слышала, как тюремный врач говорил:
- У заключенной RQ-23/41/58 третья неделя беременности. Если вколоть ей этот препарат, произойдет выкидыш. Я врач, а не убийца.
И как назначенный судом адвокат с легкой брезгливостью произнес:
- Мой клиент заплатит вам за моральный ущерб.
Только тогда она поняла, что Денис ее предал. Что все это время она была для него всего лишь игрушкой, возможно, одной из многих.
Стоило это осознать, как чувство, которое она принимала за любовь, поменяло полярность. Теперь внутри нее горели ненависть и желание отомстить за свои обиды, за синяки на теле, за холодный пол карцера, и за ребенка, которого у нее отобрали.
Четыре месяца тюрьмы Кира только этим жила. Она дала себе слово, что пройдет через все, через любые препятствия, но выживет, вернется на Землю и отомстит. Как - ее это не трогало. Она подумает об этом потом, когда посмотрит в глаза тому, кто ее предал.
Когда встал выбор между радиоактивными рудниками на Аяксе и поселением на замерзшей планете, она, не колеблясь, выбрала второе. Не потому, что там легче, а потому, что там у нее был шанс выжить.
И вот теперь она оказалась здесь, на Ллуре, откуда выхода нет, зато есть человек, виновный в смерти ее сестры. И он теперь ее единоличный хозяин.
Кира не знала, как себя с ним вести. Хорган внушал ей страх, особенно после всего, что случилось. Если вчера в ратуше он казался хладнокровным и бесстрастным, то этим утром она почувствовала на себе, что скрывается под этой маской.
В Хоргане жил настоящий зверь. Дикий, жестокий и необузданный. Не знающий ни пощады, ни сожаления, и уж точно не заботящийся ни о ком, кроме себя.
Даже сейчас, когда он спал, Кира чувствовала, как его мощь подавляет ее. Она не доверяла ему, и в то же время понимала, что не выживет здесь без этого мужчины. Она полностью зависела от него, и осознание этого наполняло ее еще большим отчаянием.
ГЛАВА 9
Она не знала, сколько просидела так, пытаясь справиться с обрушившейся правдой. Но молодой, здоровый организм диктовал свои правила.
В животе заурчало. Громко, противно.
Вздрогнув, Кира вскинула голову и осмотрелась. Из окна виднелся кусочек свинцового неба, чуть подсвеченного красноватым солнечным светом. На Земле оно становилось таким во время заката, в плохую погоду, здесь же это был его естественный цвет.
Хорган все еще спал.
