Хватаю ее в охапку и отношу в ванную. Там все парит от горячей воды.
Не хочет раздеваться, значит примет ванную прямо в одежде.
— Что вы делаете? — взвизгивает Кристина, когда я кидаю ее в горячую воду.
— Грею тебя, дурочка!
Кристина несколько мгновений блаженствует в теплой джакузи, а потом на ее кукольном личике проявляется гримаса ужаса.
— Я беременна! Мне нельзя в горячей воде быть!
Я в крайней степени злости. Мечтаю утопить ее прямо в своей итальянской сантехнике.
Глава 21
МИХАИЛ ВОРОНОВ
Выхожу из ванной, оставив Овечкину мокнуть в джакузи.
Лучше принесу ей полотенце, чем буду выслушивать тупые бабские капризы. Надо ей? Пусть встает и моется под душем сама! Еще не хватало, чтобы я ее намывал!
Надо остыть. Иду на лоджию, достаю из тайника пачку сигарет. Да, знаю, дико вредно, но мне сейчас необходимо забить чем-то стресс. Почему мужики убивают баб? Вот таких как Овечкина, неимоверно бесячих, только и делать, что закапывать! Ужасно бесит меня, дура набитая!
Еще она ребенка собралась мне рожать! С такими мозгами!
Сделав несколько затяжек, оборачиваюсь на шум.
Овечкина стоит у балкона, замотанная в мое полотенце. В мое!!! Я — жутко брезгливый. Я полотенце-то меняю после каждого купания, а она нет — моим использованным обернулась!
— Это мое!!! — ору на нее, яростно туша недокуренную сигарету об пепельницу.
Кристина вздрагивает. Дверь, ведущая в лоджию распахнута настежь. На улице продолжается дождь и ветер. Смотрю, как ее влажная кожа идет пупырышками. Ее волосы тоже мокрые. Большая капля срывается с локона и прочертив дорожку по ее груди срывается под полотенце, там, где скрываются ее полушария.
Неполная упругая двоечка. Млять!!! Я сглатываю. Гоню от себя дурные неуместные мысли.
— Какого хера мое полотенце взяла?! — ору я, чтобы хоть как-то отвлечь себя от ее трогательной беззащитности.
На самом деле беззащитен перед ней сейчас я! Ибо все мое мужское начало вопит: возьми ее в свои объятия! Обогрей, слижи все капли с ее нежной молочной кожи, сделай так, чтобы она больше не дрожала!!!
— Не было другого, — заикаясь отвечает Кристина.
Порыв ветра снова одевает ее кожу в мурашки.
— Отойди от двери! — реву я, — ты же после душа! Сейчас точно воспаление легких схлопочешь!
Кристина пятится вглубь квартиры. Я прикрываю лоджию.
— У вас не найдется сухих вещей? — робко спрашивает она.
— Откуда у меня бабские вещи? — выплевываю со злости.
— Может, у вас есть ненужная футболка, или рубашка?
Хочу взорваться новой тирадой, но останавливаю себя.
