Он не понимал, считались ли тузы сильными или слабыми картами, нужно ли было собирать как можно больше карт – или, наоборот, раздать их. Через какое-то время он перестал следить за игрой и начал следить за игроками.
Уинтер не просто знала правила – она ещё и отлично играла, настолько, что через каждые пару ходов кто-то недовольно стонал от её действий. Но там, где Уинтер отдавала предпочтение сугубо результату, Порша играла спокойно и старалась помогать остальным. Нэш лез всюду – и, скорее, устраивал кавардак, чем играл, а вот Ригель действовал холодно и расчётливо, практически не улыбаясь.
Зато Корделия больше смотрела на Саймона, чем на карты, и едва ли замечала собственные ходы.
– Ты действительно всю жизнь прожил с обычными людьми? – выпалила она после очередного кона, в котором Уинтер забрала себе все фишки из Монополии. Неожиданно все четверо уставились на него, будто только и ждали первого вопроса."
"– Ага, – ответил Саймон, неуютно ёрзая. – Я жил на Манхэттене, с дядей. Даже не знал про существование анимоксов.
– Поразительно, – сказал Нэш, глядя на него из-под непослушных кудряшек, а Корделия скривилась.
– Даже не представляю, каково там было жить, – сказала она так, будто Саймон заявил, что вырос в свинарнике. – Твой дядя должен понести суровое наказание.
Саймон ощерился.
– Ну, он уже умер, так что удачи.
Она застыла, а лицо её побагровело.
– Сожалею, – произнесла она сдавленно. – Я не хотела…
– Хотела, конечно, – кольнула её Порша. – Зачем отказываться от своих слов? Ты же про Дэррила Торна, да? – добавила она, глядя на Саймона.
– Про брата Альфы?
Саймон кивнул, упорно не сводя глаз с фишек и карт, лежащих на столе.
– Ещё вопросы есть? – спросил он, пытаясь сменить тему. Он понимал, как Птицы относятся к Зверям, и сомневался, что сдержит себя в узде, если Корделия продолжит давить. – Отвечу на всё, но только сегодня.
Уинтер бросила на него предостерегающий взгляд, который Саймон оставил без внимания. Он видел, как девять благородных семей смотрели на него за обедом, и понимал, что ему очень нужны союзники.
Может, если он будет с ними честен, они ответят тем же.
Все четверо внимательно смотрели на него, а потом заговорил Ригель.
– Дэррила Торна действительно убило Его Величество?
Этого Саймон не ожидал и потому нерешительно замер.
– Да, – выдавил он из себя. – На крыше Небесной башни в Нью-Йорке.
– Но… – начала было Корделия, хмурясь.
– Я там был, – резко оборвал её Саймон. – Я всё видел. И я не хочу об этом говорить.
