Я, пожалуй, дальше справлюсь сама, – мой ли это голос? Сиплый, будто сорванный. Мёртвый. К бесам!
Смотрю на него, чувствуя, как медленно расползается в душе холодная боль.
Ты этого добивался? Для этого манипулировал мной? Для этого взращивал мои чувства, дарил надежду и давал сладкие обещания? Показывал всем, как я тебе доверяю, как принимаю твою защиту? Чтобы натравить на меня короля, с полным правом убить его и посадить на трон удобную меня? Ну… ты своего добился. Посадил…
Криво усмехнувшись, я обхожу застывшего мрачным изваянием мужчину и под гнетом устремлённых на меня со всех сторон взглядов иду к этому самому трону, ощущая каждый шаг так, будто саботоны доспеха на моих ногах весят по несколько пудов каждый.
Ну и пусть. К бесам! К бесам!"
"С каждым шагом злясь всё больше, поднимаюсь ступенька за ступенькой, пока не останавливаюсь, почти слепо таращась на золотой престол, на котором ещё совсем недавно сидел убийца моей матери. Сглотнув, чтобы хоть немного унять горечь во рту, я разворачиваюсь лицом к залу.
И обвожу хмурым взглядом теперь уже своих подданых. Вот она я, Владычица Аеталь, королева, которой вы не хотели.
Глава 31
Первым склоняется в поклоне… сам Синн. Это, наверное, даже логично. Всё-таки благодаря именно его усилиям я сейчас здесь стою. Но всё равно его поклон кажется мне нереальным… невозможным просто… это же Синн. Но он действительно кланяется. Мне. Как королеве.
А потом один за другим опускают головы и гнут спины королевские советники.
Тут только Делберта не хватает. Интересно, глава Ковена знает о происходящем?
С едва заметной ободряющей улыбкой склоняется передо мной и магистр Райнар, а затем подобострастно сгибается позеленевший Гусь Занкор. Но я отмечаю это лишь мельком, потому что глазами нахожу того, чья реакция для меня сейчас, наверное, важнее всех остальных.
Наши с братом взгляды встречаются. Он смотрит на меня, кажется, целую вечность, хотя, на деле, наверное, проходит всего пара секунд.
Я не могу даже представить, что он сейчас чувствует. И совершенно не знаю, чего от него ждать. В светлых глазах, так похожих на мои, бушует гроза, там боль и смятение, там непонимание и гнев. И выбивающее почву из-под ног сочувствие. Ко мне.
– Да здравствует Владычица Аеталь! – произносит он и тоже медленно склоняется в признающим мою власть поклоне. Ставя этим решительную точку.
Секунды текут, хоть мне и кажется, что время остановилось.
