Но и черты отца тоже немного угадываются.
То ли взгляд мой почувствовав, то ли просто, Рик хмурит брови, отворачиваясь к стене.
Может не стоит торопить события? Может, лучше потом с ним поговорить? Ему и так досталось, а тут ещё я. Вздохнув, поднимаюсь. Отворачиваюсь к двери, решив всё-таки уйти. Лучше вечером зайду. Или завтра. Может тогда мне будет легче слышать, как он мне не рад.
– Аеталь? – слышу тихое, когда уже почти касаюсь пальцами дверной ручки.
Ладонь замирает… Я замираю на полувдохе. Надо же, даже оборачиваться страшно.
Что я увижу в его глазах?
– Доброе утро, Рик, – произношу так же тихо, всё же заставив себя повернуться. – Как ты себя чувствуешь?
Он морщится, явно прислушиваясь к себе.
– Сносно. А… ты?
– Нормально. Меня мэрта Эфа уже отпустила, – улыбаюсь я криво, не решаясь вернуться назад.
Пару минут мы неловко молчим, смотря друг на друга, каждый думая о своём. И когда я уже готова попрощаться, Рик хмуро спрашивает:
– Ты хотела о чём-то поговорить?
– Да, – пожимаю плечами. – Можно и так сказать.
– Тогда давай поговорим, – произносит он наконец. И может глупо, но я не могу не надеяться, что это добрый знак.
Возвращаюсь к стульчику, и сажусь напротив брата. Но начинать разговор предоставляю ему, если уж он сам предложил. И Рик мои ожидания оправдывает. Да так, что у меня глаза на лоб лезут.
– Почему ты не хотела со мной общаться все эти годы? Тебя так сильно оскорбило, что наследником считали меня? – задаёт он вопиющей глупости вопрос прямо в лоб.
– Тебе так сказали?! – вырывается у меня возмущённый вскрик.
Хотя о чём это я? Догадывалась ведь, что чуши ему обо мне намололи знатной. – Рик, меня увезли в Аддарил пятилетним ребёнком. Мне было плевать, кто из нас наследник. Я знала только, что наша мама умерла, любимого младшего брата у меня отняли, а меня саму отослали прочь. Подумай сам! О каком оскорблении может идти речь?! Разве что о детской обиде на нелюбовь отца. Ты тут точно не при чём.
Он хмурится ещё больше, переваривая мои слова.
– Тогда почему ты сначала не отвечала на мои письма, а потом и вовсе написала, что знать меня не желаешь, и чтобы я больше тебе не писал и не надоедал своим нытьём?"
"Бесы! Вот так значит? Отцу было мало перехватывать мои письма, не позволяя нам общаться.
Так он ещё и от моего имени письмо Рику написал? Гадко-то как. Противно. Я уже даже устала спрашивать у мироздания, за что со мной так. И теперь всё отчётливей понимаю, что дело не во мне. Или во мне, но совсем по другой причине.
