Если, конечно, патрульные начнут считать, ну, пусть считают – их слово против моего, но видео подтверждений здесь точно никаких не будет. Пока ещё рановато творить саботаж, но я уже был готов к этому.
А мы поехали в наш новый офис. И у меня начался фильм под названием – «День сурка 2».
Самосвалы были починены. Их перегнали уже с ремонтной площадки в наш отстойник. Ну, а Боря перегородил дорогу, взял в руки интересную книжку, и стал караулить проезд ко мне. А я, закатав рукава, занялся восстановлением новой техники.
И снова вечером, выжатый, как лимон, мы осматриваем с Борисом, дефектуя недостающие части, едем домой, а дома я опять мгновенно отрубаюсь, как только моя голова касается подушки.
Утром за запчастями поехал уже Ганс. А мы встретились уже там. И с обеда наш трал начал возить экскаваторы и бульдозер. А кавалькада самосвалов потянулась в сторону моего «мусорного имения». Ну, а во главе всей этой кавалькады ехал, конечно же, я. На этот раз на КПП меня остановили. Озираясь на длинную вереницу техники за моей спиной, дежурный робко поинтересовался:
– С какими целями вы завозите на участок строительную технику?
– С целью очистить свой участок от ненужных отходов, очевидно же.
– Но… – дежурный залез в карман, достал заранее приготовленный листок, развернул его, подслеповато прищурился. – Согласно пункту 13.1 правил нашего поселения: “для ведения строительных работ необходимо разрешение совета жильцов”, – он поднял на меня глаза. – А, насколько знаю, такого решения вы не получали.
«Вот пакостник», – подумал я про себя про Иванова. – «Подготовился. Вот только и я не лыком шит».
Хорошо, что у меня есть Аркадий Иосифович и толковый юрист, который позаботился обо всём превентивно. Поэтому я, как фокусник, вытащил из папочки распоряжение городской администрации, подписанное всеми инстанциями о том, что Теодор Вавилонский имеет право проводить очистку мусора, а после этого строительные работы, так как это отвечает интересам города Вадуца, и всего княжества Лихтенштейн, в целом.
Да, эта писюлька обошлась мне в пятнадцать тысяч рублей, что было неприятно, но терпимо.
– Мне нужно позвонить, – сказал охранник.
– Звоните, конечно, – махнул я рукой. – Только у тебя есть две минуты, иначе я снесу шлагбаум и поеду дальше, потому что я в своём праве. А стоимость шлагбаума мы вычтем из твоей зарплаты, – я повысил голос, потому что охранник, испуганно вжав голову в плечи, уже лёгкой трусцой бежал в сторону сторожки.
