Какая вы злючка, однако!
«Он ещё и обзывается, кабан жирный!» — рассердилась Ника. Сколько она времени из-за него потеряла, уже давно могла бы быть дома, с семьёй…
— Но именно это и произвело на меня впечатление… Вероника, видите ли… Я только о вас и думаю. С самой первой встречи, как пришёл в «Эллипс» и вас увидел. А теперь ещё узнал, что вы мать-одиночка, сына одна воспитываете… Мы с вами родственные души, правда же?
— И?
— У нас много общих тем, мы могли бы обсудить их за ужином.
— Нет.
— Эх… Ладно, Вероника, ходить вокруг да около не буду, скажу напрямую.
Предлагаю вам отношения.
— Что-что?
— Да. Давайте будем активно встречаться, но не только по работе, а ещё и так. Вы не пожалеете.
Ника с изумлением взглянула на Альберта. Она не понимала, чего он добивается. Тот конкретизировал предложение:
— Я мужчина видный и обеспеченный. Не жадный. Вы ни в чём не будете нуждаться.
— В смысле?
— Что — в смысле! — фыркнул кабан. — Что тут непонятного, Вероника? Всё предельно ясно.
Мы же взрослые люди. Молодой женщине с вашей внешностью необходим покровитель, который будет разруливать ваши проблемы. Вот я и готов.
— Постойте… Вы меня своей содержанкой хотите сделать? — Пытаясь унять нервную дрожь, Ника крепко сцепила руки в замок.
— А в чём проблема? Нелегко вам одной, я же вижу. Так от вашей красоты скоро ничего не останется. Ребёнка тянете, а я-то знаю, какие с дитём расходы.
— Я прекрасно справляюсь!
— Да? Не заметно. Уж простите. Одежда у вас… мм… скромненькая… Кроссовочки китайские… Больно видеть, когда такая красавица вынуждена экономить и не может себе позволить то, чего заслуживает.
Короче, Вероника Максимовна, я готов стать вашим спонсором. Мы могли бы обговорить все детали.
Вероника опустила голову, она изо всех сил старалась сдержать эмоции. Внутри плескалась кипящая лава. Хотелось сразу послать этого новогоднего оленя далеко и надолго, а ещё лучше отлупить его сумочкой по толстой морде. Но она боялась, что он или въедет куда-нибудь, или ударит её в ответ.
Даже если просто наорёт — всё равно страшно. Сейчас Альберт разговаривает вежливо, но если он разозлится, то наверняка наговорит жутких гадостей.
Двери по-прежнему были заблокированы, внедорожник мчался по вечернему городу. Ника попала в западню. А ей немедленно надо вернуться домой. Волнение за маму и детей мешало сконцентрироваться, сердце громко стучало — но не в груди, а прямо в горле.
