Ника даже улыбнулась. Вдруг вспомнила, как когда-то — очень давно! — они с Алёшкой летом гуляли в парке. Присели на скамейку под соснами. Ника сражалась с комом сахарной ваты, а Васнецов сидел рядом и не сводил с неё восхищённых глаз. Шершавой лапой он сжимал её голую коленку. Воздушная вата таяла во рту, а рядом таял Васнецов, Ника купалась в его обожании.
И вдруг откуда ни возьмись — три бугая с пивом. Они сразу же с мерзкими ухмылочками принялись отпускать комментарии в адрес влюблённой пары. Стали обсуждать, что и как Васнецов будет делать с «этой хорошенькой сучкой».
Ника моментально вспыхнула, на глазах выступили слёзы. А у Васнецова за долю секунды включился режим берсерка: с глухим рычанием он бросился на обидчиков. Через минуту двое парней уже корчились на газоне, а третий в ужасе умчался вдаль…
…Пока Ника предавалась воспоминаниям, Альберт взял пульт и снова пролистал на экране слайды презентации.
— Да, это именно то, что мне нужно, — подвёл он итог. — Значит, договорились. Завтра подписываю контракт с «Эллипсом».
Спасибо, Вероника Максимовна, и ещё раз извините, что позволил себе лишнего. Идёмте, подброшу вас домой.
— Спасибо, но я сама доберусь, — отказалась Ника.
— Да ладно, что вы! Поехали. А то лишил вас семейного вечера. Виктор сказал, у вас маленький сынок? Сколько ему?
— Скоро пять исполнится.
— Мой чуть постарше. Но такой лось, знаете ли, никто не верит, что ему всего шесть, — с гордостью сообщил Альберт.
— Ну так… Есть в кого, — скованно улыбнулась Ника.
Она выключила технику, поднялась с кресла и вышла из-за стола.
Мужчина подскочил к двери и услужливо её распахнул. Что делается! Возможно, не такой уж он и хам, этот Альберт Дмитриевич.
— Вам хорошо, ваш ещё маленький, а я уже о школе думаю, — сообщил заказчик, когда они выходили из переговорной. Он безошибочно выбрал правильную тему — детскую. — А вы делали игрушку на городской конкурс? У нас в садике все с ума посходили с этими поделками. Я хотел на Авито готовую купить, чтобы время не тратить.
Но сын расстроился, пришлось самим мастерить.
— Я думала, вы занимаетесь исключительно бизнесом, а ребёнком — ваша жена, — удивилась Ника.
— К сожалению, мамы у нас нет, — тяжело вздохнул Альберт. — Приходится мне выступать в обеих ролях. Я и за папу, и за маму. Так получилось.
— О-о…
Грубый верзила оказался заботливым отцом-одиночкой. Неожиданно. Конечно, после этого открытия Ника взглянула на Альберта другими глазами, сердце у неё дрогнуло.
