Больше ничего. Девушка закрыла глаза. Постепенно успокоилось сердце, оно уже не рвалось наружу, как птица из клетки, отпустило удушье, притупилась боль. Дрожь сменилась выступившим липким потом. Ирина впала в тяжелое забытье, не реагируя на судороги, пробивавшие ее миниатюрное, красивое, голое и беззащитное тело. Однако недолго длилось забытье.
Скрежет ключа в замочной скважине, как выстрел, ударил в тишине, вернув Ирину в сознание боли, страха, удушья! Она с ужасом смотрела на железную плиту, представляющую собой дверь.
Вход в ее страшную комнату и выход в еще более страшную неизвестность, затаившуюся там, вне помещения. Дверь открылась, щелкнул выключатель. Комната заполнилась ярким светом большого плафона. Настолько ярким, что, сжавшись в нервный комок, Ирина невольно закрыла глаза. Услышала пьяный молодой мужской голос:
– Ух, ты! Да наша сучка разделась?! Нормально! А какая киска, сиськи?! Ништяк! Эй, овца! Ты еще живая?
Ирина не смогла ответить.
Да это и не требовалось обладателю похотливого, пьяного голоса.
Он сам ответил на свой вопрос:
– Живая! Бабы, что кошки, живучи, твари.
Девушка наконец смогла открыть глаза. И увидела молодого мужчину в спортивном костюме, в одной руке державшего за горлышко начатую бутылку водки, в другой – какой-то сверток.
Тот расплылся в ухмылке:
– Очухалась, Ирюнчик? Как дела, шлюшка? По члену еще не соскучилась? Наверное, соскучилась, иначе чего заголяться стала бы?! А ну-ка раздвинь ляжки, ужас как люблю смотреть на ваши дырки перед тем, как трахать их по очереди.
На сухую, без резины и всяких смазок да кремов. Чтоб до крика, до воплей. Ну? Чего застыла, скорчившись? А?! Ты не хочешь меня огорчить, ты просто не можешь доставить мне удовольствие, потому как на ломах торчишь, блядушка. Ломка – это хреново. Но поправимо. Ты хочешь подлечиться, Ирюнчик? Я в момент могу привести тебя в полный ажур. Как доктор Айболит, в натуре! Ну? Или мне тебя такую, задроченную ломкой, оттрахать? Чего молчишь, сука?
Ирина, разлепив губы, еле слышно прошептала:
– Мне плохо! Очень плохо!
Мужчина изобразил удивление:
– Да что ты говоришь? Неужели плохо?
Девушка повторила:
– Плохо!
– А подлечиться хочешь?
В ответ слабое:
– Да! Помоги!
Мужчина усмехнулся:"
"– Помочь? Но здесь не богадельня, бесплатно ничего не делается.
За лекарство, крошка, придется заплатить.
Ирина спросила:
– Чем? Чем заплатить?
– Собой, дурочкой, собой! Что еще с тебя взять?
– Делай что хочешь, только помоги!
– Вот это другой разговор.
