Так это она вскрикнула.
Лицо Дрейка сморщилось на мгновение, пока он что-то шептал Кэт на ухо. Перестав вырываться, она мешком осела у него в объятиях. Гаррик вернул в строй ошеломленного Ридока, чей взгляд был устремлен в землю.
Нет, не в землю. На тело Трегера.
Гаррик еще пару мгновений поддерживал Ридока за плечи, после чего тот выпрямился перед затихшей, ждущей толпой.
«Вайоленс!» – требовательно окликнул меня Ксейден.
Я хотела посмотреть на него, но меня отвлекло происходящее на поле. Все драконы опустили головы и исподлобья смотрели в нашу сторону, а вот взгляды всех грифонов были обращены на… Силарейна.
Спотыкаясь, он шел в нашу сторону, его серебряные перья сияли на солнце. Три шага. Четыре. Пять."
"Киралер следовала за Силой по пятам, затем вплотную подошла к нему, приняв часть его веса на себя. Силарейн напрягся, чтобы сделать еще один шаг, словно, если постараться как следует, он мог бы дотянуться до Трегера. Но затем его ноги подломились, и он упал, скользнув клювом по боку Киры и ударившись головой о землю.
В моих глазах щипало, ногти впились в липкие ладони. Все грифоны медленно повернулись клювами к толпе, их глаза сощурились, прямо как у драконов.
По каналу связи до меня донесся полный горя и ярости рев Андарны, сотрясший мою душу.
«Он умер», – произнес Тэйрн.
Расправив крыло, Кира прикрыла им тело Силы.
Что-то влажное стекло вниз по моей левой щеке.
«ВАЙОЛЕТ! – вскричал Ксейден, и его голос донесся сквозь охватившее меня марево.
– Я не могу сделать это за тебя! Хотел бы, но они знают, что здесь командуешь ты!»
Командуешь.
Сейчас я ненавидела это слово, как никогда прежде.
Я сделала сначала один глубокий вдох, затем другой. Мир вернулся к нормальной скорости. Гнев сковал мои плечи. Я отсекла ту часть моей души, что скорбела по Трегеру и Силе, оставив только чистое оружие, которое выковал из меня Басгиат. Но текущая ситуация требовала от меня чего-то другого, отличного от оружия.
Сражаться было бы слишком просто.
Убить их всех за то, что они сделали, стало бы подходящим наказанием.
Безжалостное солнце поджаривало меня в моих кожаных доспехах, пока я высвобождалась из хватки Ксейдена и поворачивалась лицом к толпе. Я увидела Аарика, его сжатые, побелевшие кулаки, увидела Гаррика, встающего обратно в строй рядом со своим ведром, и, наконец, увидела Миру, не сводящую с меня взгляда.
Ее глаза сказали то, что не смогли сказать губы.
«Разрули это».
