– Они мучаются после твоей смерти или подыхают мгновенно?
Во мне вспыхнул гнев и прокатился по всему телу потоком расплавленной ярости.
– Твое невежество потрясает.
Хвала богам за мою гибкость: я размахнулась и с силой ударила стражницу левой рукой в локтевой сгиб. Она закричала и выпрямилась, и тогда я уперлась ладонью в стол и оттолкнулась назад, врезавшись затылком ей в лицо. Хрустнула кость, я обернулась – только чтобы встретить скулой чужой локоть. Теперь уже из моего носа хлынула кровь, зазвенело в ушах, я упала на стол, пытаясь проморгаться от искр в глазах, а чья-то рука сжала мне горло.
– Вайолет! – вскрикнул Ксейден.
Я рубанула кинжалом по руке врага и вскинула колено в атаке, которой гордилась бы и Мира. Мужчина рухнул, и я закашлялась в попытке продышаться, когда вдруг помост содрогнулся.
Я подняла кинжал навстречу великану справа от меня, но рукоятка меча Ксейдена нашла его висок раньше. Тот рухнул как подкошенный, и Ксейден спихнул его ногой на землю.
«Довольно», – объявил Тэйрн.
«Она держится, – возразила Андарна. – А. Нет. Возможно, теперь их многовато».
– Хватит играть, покончите с ними! Только так можно убить их драконов! – крикнул позади нас Кортлин.
Ксейден протянул свободную руку, взял меня за подбородок и осмотрел мое лицо в голубом свете сфер, в то время как позади Кортлина на помост вскочили еще гвардейцев десять. Я потратила пару драгоценных секунд, чтобы убедиться, что Холанд еще жив. Он лежал на полу – грудь приподнималась и опускалась, глаза закрыты; возможно, без сознания, но крови я не видела.
– Ксейден, сзади, – предупредила я, пока он изучал мою рану.
Когда он не ответил, я подняла глаза… и у меня екнуло сердце.
Я уже видела его в бою, видела, как его охватывает ледяная ярость, смертоносное спокойствие. Была свидетельницей преображения человека в оружие, знала, как стратегия перекрывает сострадание – для чего нас и готовили.
Но это… Шторма, который бушевал в ониксовых глазах, я еще не видела никогда. Это на шаг дальше ярости, словно в него вошла сама Данн и теперь смотрела на меня вместо него.
Это был Ксейден – и не он.
– Ксейден? – шепнула я. – Это ерунда. Правда. На поединках и то было хуже.
– Им всем, сука, конец.
От его обещания у меня волосы встали дыбом, и тут все гвардейцы бросились к нам одновременно – очевидно, усвоив первый урок.
Двое против… двенадцати. Блядь.
Я вздрогнула и потянулась за оружием, но Ксейден обхватил меня за талию и прижал к груди.
