– Это… прям большая неожиданность, да?"
"Кэт уставилась в свою кружку:
– Он не был так силен, когда мы… – Она осеклась и сделала глоток.
– Наши печати со временем растут, – сказала я, развеивая неловкую паузу. – Мы всю жизнь оттачиваем умения и ищем свои пределы. Третьекурсник куда сильнее первокурсника – так же, как полковник может в плане магии размазать по стенке лейтенанта.
– И ты его никогда не боялась. – Кэт уставилась на меня через стол. – Так ты вчера сказала. Ты его никогда не боялась.
– Я боюсь за него, но его не боюсь со времен самой Молотьбы.
– Я провела пальцем по краю своей кружки.
– Потому что ваши жизни соединены. – Она склонила голову к плечу, словно пыталась понять.
– Потому что он никогда не причинит мне вред. – Я сделала глоток. – У него хватало причин желать мне смерти, но вместо этого он учил меня наносить смертельные удары, и это было еще до Молотьбы.
– Кстати, о печатях, я уже начинаю переживать. – Ри быстро сменила тему. – Слоун – транслятор. Авалин на прошлой неделе начала заклинать огонь, а у Бэйлора проявилось дальновидение.
Как у Лиама.
– Но вот Линкс и Аарик еще не манифестировали, а часики тикают, – договорила Ри.
– Что будет, если не манифестируешь вовремя? – спросил Трегер.
– Магия накапливается – и мы как бы… ну, взрываемся. – Ридок изобразил взрыв жестом. – Но сейчас конец января. У нас еще несколько месяцев до того, как появится угроза. Ви не манифестировала до самого… когда там? Мая? – спросил Ридок меня.
Я моргнула, вспомнив первый раз, когда Ксейден поцеловал меня у крепостной стены.
– Вообще-то это случилось в декабре. Просто я тогда не поняла.
– Это не утешает, – нахмурилась Ри. – Нам еще только не хватало, чтобы у нас взорвались Линкс или Аарик.
У меня екнуло сердце.
– Напомните не стоять рядом с ними на построении, – насмешливо протянула Кэт.
– Все лучше, чем если кто-нибудь из них манифестирует интинсиком, – пробормотал Ридок. – Можете себе представить, чтобы пришлось казнить…
– Нет, – перебила его Ри, потом содрогнулась.
– Не могу. И тебе не стоит. – Она бросила взгляд на Марен. – Ну и как там в храме?
– Наши подношения приняты, – легко улыбнулась Марен. – Амари присмотрит за моими братьями в Аретии. Я никогда не смогу отблагодарить твою семью за то, что они их приняли, Ри.
– Шутишь, что ли? – Ри отмахнулась. – Моя мама обожает детишек, а папа только рад, что по его дому бегают двое мальчишек. Но мне жаль, что они не смогли остаться здесь с тобой.
