Горничная проносится передо мной и открывает входную дверь.
— Равенна. — Нино приветствует меня кивком, едва увидев. — Нам нужно поговорить.
— Что случилось?
— Не здесь, — произносит он серьезным голосом.
— Хорошо. — Я веду его через фойе в кабинет Рокко и закрываю раздвижную дверь, как только мы заходим внутрь. Нино садится на кожаный диван у окна и наклоняется вперед, положив локти на колени.
— Элио мертв, — говорит он.
Я в растерянности опускаюсь в кресло напротив него.
— Я не знала, что он болен. Неделю назад мы виделись с ним, и он выглядел здоровым.
"
"— Он скончался не по естественным причинам. Прошлой ночью кто-то ворвался в дом и убил его в постели. Похоже, его сначала пытали.
Я хватаюсь за мягкие подлокотники кресла, когда вспоминаю окровавленные руки Алессандро. Руки, что ласкали мою кожу, пока он лакомился мной два часа назад. Я чувствую, что становлюсь влажной, и быстро сжимаю колени, слегка удивляясь реакции своего тела.
— Как его убили? — спрашиваю я.
— Ножом в сердце.
— Ты знаешь, кто это сделал?
— Даже не представляю.
— Нино качает головой, и я умудряюсь скрыть вздох облегчения. — Возможно, это были сербы. Рокко считает, что они ответственны за киллера, стрелявшего в него, поэтому он послал наемников напасть на клуб Попова прошлой ночью. Сербы могли отомстить за нападение на клуб, но время не сходится. Они бы не смогли так быстро ответить.
— Рокко знает, что его отец мертв?
— Нет. Думаю, будет лучше, если ты ему скажешь.
Я с трудом сдерживаю дрожь.
— Хорошо, я поеду в больницу, как только соберусь.
— Отлично. И еще, постарайся не выходить из дома без Алессандро, пока мы не выясним, что происходит, — говорит он. — Провожать меня не надо.
После ухода Нино я возвращаюсь в свою комнату, чтобы переодеться и надеть новые трусики. Но стоя перед ящиком с нижним бельем, меня охватывает необычное желание взбунтоваться. Я опускаю взгляд на трусики и бросаю их обратно, закрывая ящик. Раз уж мне придется встретиться с мужем, то сделаю это, сохранив свидетельство своего влечения к другому мужчине.
Я выбираю персиковые брюки и пиджак — единственный наряд, который мне действительно нравится. Рокко предпочитает, чтобы я одевалась в яркие цвета, такие как черный и красный. Он позволил мне оставить этот комплект только из-за больших золотых пуговиц на пиджаке, на которых изображен логотип торговой марки.
Моя сумочка лежит на комоде, и, когда беру ее, меня охватывает отвращение. У других женщин в сумочках хранятся самые важные вещи.
