А он тем временем невозмутимо продолжает шагать к своей цели. Я понимаю, что в его работе такое случается часто, но разве не надо бежать, когда вокруг стреляют?
— Мы идем на прогулку? — бормочу я ему в грудь.
— Нет.
— Тогда, может быть, ты сможешь идти быстрее?
— Ни одна пуля не попадет в тебя, Равенна.
Конечно, не попадет, когда я вся закрыта его телом!
— Может, и попадет! — огрызаюсь я.
— Шансы на это невелики.
Позади нас хаос в комнате, кажется, утих, потому что теперь слышно только тихое бормотание. Не сомневаюсь, что гости вечеринки уже перешли от истерик к сплетням.
Размеренные шаги Алессандро замирают, он опускает меня на пол, но при этом крепко обнимает.
— Не двигайся, — говорит он, наконец отпуская меня и поворачиваясь, чтобы осмотреть комнату."
"Я не вижу ничего, кроме его до смешного широкой спины, поэтому наклоняюсь немного в сторону, чтобы оглядеть комнату. Дамиана Росси оттаскивают несколько парней. Он выглядит разъяренным, но невредимым. Другой мужчина, муж Ортензии, скорчился на соседнем стуле, прижимая к подбородку пакет со льдом.
Остальные гости собрались в небольшие группы по три-четыре человека, переговариваются между собой и машут официантам, чтобы те принесли еще выпивки. Типично.
— Все безопасно, — говорит Алессандро.
Я даже не смотрю на него, оглядываясь по сторонам и направляясь к бару, где Элеонора стоит с Пьетро. Ощущение того, что я крепко обнимаю Алессандро, не исчезает. Я хочу большего. Это как мгновенная зависимость, которую может насытить только он.
Я презираю это.
— Джин с тоником, — говорю я бармену и занимаю место справа от Элеоноры.
Если бы здесь был мой муж, у него бы точно случился приступ. Жену Рокко Пизано никогда не увидят ни с чем, кроме вина. Ну, к черту Рокко. И к черту жену Рокко. Я сама по себе, у меня есть свои предпочтения и недостатки. И я ненавижу вино. Муж изо всех сил пытался подавить меня, и я ему это позволила. С каждым унизительным замечанием, с каждым ударом позволяла себе замыкаться все сильнее и сильнее, пока от меня не осталось почти ничего.
Только после того, как меня трахнул, а потом оттолкнул мой телохранитель, я пришла в себя.
— Боже мой, это было ужасно, — восклицает Элеонора. — Одна из пуль повредила потолок. Думаю, нам больше не разрешат арендовать это место.
— Скорее всего, нет. — Я пожимаю плечами, беру фужер, который бармен поставил передо мной на подставку, и делаю большой глоток.
— Мне нужно найти Джанкарло. Может быть, он сможет образумить менеджера.
