А может это два стакана виски давали о себе знать все сильнее. Она совсем потеряла баланс и начала было падать, как вдруг почувствовала у себя на талии Его руку. Он обнимал ее, теперь как- то нежно и по- опекунски. Словно не было этого грубого животного секса, не было его колких слов, не было его показного триумфа над ней. Жестокость отступила, вот только ее неудовлетворенность осталась. Это действительно было нестерпимо."
"Его два автомобиля – личный и с охранниками – были совсем рядом. Они всего лишь вернулись на улицу Анания и прошли пятьдесят метров до пересечения с Прямой улицей.
Было тихо и безлюдно. Какой – то легкий туман окутывал парочку своей тишиной. А может это были духи многочисленных жителей этого необычного древнего города, потревоженные страстью двух молодых сердец. Влада смотрела в пол, стесняясь охранников Васеля. Тот не мог этого не заметить и с сарказмом сказал ей, – Не бойся, они видели и не такое…
– Ты неисправим – подумала девушка, но все же решила ничего ему не отвечать.
– Садись – приказал он, занимая открытое ему водительское кресло.
– Подожди, а моя машина? – опомнилась вдруг Влада.
– Махмуд, – обратился на диалекте к уже знакомому девушке водителю – охраннику Васель, – забери ее вещи в том доме и отгони машину на Кусур.
Из всех слов Влада тогда смогла разобрать только название района, где она жила.
Мотор его Порше заревел и, не говоря ни слова, они понеслись прочь из старого города. Хорошая звуковая система сильно отбивала басы.
Это были просто басы, жесткие, ритмичные, иногда дополняемые ударами этнических барабанов. Словно их недавний секс.
Глава 17
– Куда ты меня везешь, мой дом остался позади! – нарушила только теперь молчание Влада на фоне гулких басов.
– Тебе никто не разрешал говорить, – резко, не отрывая глаз от дороги, отрезал Васель.
– Почему ты так ведешь себя?! Кто дал тебе право вот так обращаться со мной? Кажется, ты уже дал понять, как относишься ко мне и… – обрушила свою тираду на мужчину Влада, но была резко прервана.
– Заткнись – прошипел он, кинув на нее злобный пронзительный взгляд. В темноте ярость придавала его глазам так хорошо ей знакомое темное свечение – совсем как у хищника из семейства кошачьих, – пронеслось у Влады в голове.
– Ты сейчас замолчишь и будешь делать то, что я тебе прикажу, ты поняла меня, Влада? – несколько более мягко, но не менее повелительно продолжил он, не прерывая зрительного контакта с девушкой.
