Не он?!
— Больше никогда не попадайся мне на глаза!
Он произнес это тихо, вряд ли его кто-то слышал кроме меня, без угрозы и запугивания, но мне стало еще больше не по себе. Я нажила себе лютого врага. И это… не Тонькин Алик!
На меня мгновенно накатил горячий стыд — я начала осознавать, что я на самом деле сделала на глазах у всех. И по ледяным серым глазам парня я отчетливо поняла, что обернуть в шутку мой эпик фейл не получится. Да как же так?! Да она сама на него указала!
Рядом раздалось какое-то шевеление — это Тонька с какой-то незнакомой мне девчонкой вышли вперед и запинаясь то ли от страха, то ли смущения пролепетали, перебивая друг друга.
— Илья… это… никто не просил… м-можно мы постираем р-рубашку?
Тоня умоляюще смотрела на облитого мной парня, оканчательно доказав мне, что это не ее Алик.
Илья, значит! Капец, Алена! Куда ты еще влипла?! Всего второй день в новом универе.
— Что здесь все столпились? Дайте пройти!
Зычный начальственный голос заставил толпу расступиться, но не заставил Илью убрать руку от стены и отойти от меня.
Перед глазами возникла дородная и явно статусная женщина лет пятидесяти. На широком лице поблескивали очки в дорогой золотой оправе.
— Архангельский, что…? Боже, что у вас с рубашкой, Илья? Вас ждут в ректорате, Первый канал приехал…
На меня дама посмотрела как на полупустое место, но я на ее внимание и не претендовала, скорее наоборот. Я хотела как можно скорее отсюда исчезнуть.
Илья Архангельский, значит?! Теперь точно запомню.
А он, наконец, отлепил руку от стены, молча ухмыльнулся властной мадам и не говоря ни слова пошел по длинному коридору в сторону выхода.
Уже пройдя половину пути, он стянул с себя рубашку, так и шел полуобнаженный, заставляя всех на себя оглядываться. А потом, дойдя уже почти до дверей, бросил грязную рубашку в урну.
И ушел, минуя удивленную охрану.
Кто-то из девчонок бросился за ним, я же стояла как прокаженная, ко мне никто не подходил, но смотрели многие. Женщина в золотых очках грозно оглядела толпу и выцепив из нее Карину, кивнула старосте.
— Костина, ко мне в кабинет. Все остальные — марш на пары!
Дважды приказывать не пришлось — народ резко вспомнил об учебе и заторопился, кто куда. Тоня с Димой и еще девчонками из моей группы, побежали вверх по лестнице. Я за ними. Мои убежали выше, а свою соседку я догнала на третьем этаже. Тонька красная была как рак — то ли запыхалась от бега, то ли перенервничала. На меня смотрела со страхом. И меня это вывело из себя.
