Пока он ночью ползал по «нейтралке», глаза успели адаптироваться к темноте.
Спиной к нему здоровенный немец пытался ножом или штыком — сразу и не разберёшь, чем, только лезвие поблескивает — ударить минёра. Алексей ударил его по шее, под обрез стального шлема. Противно чавкнуло, и немец стал заваливаться набок.
Ещё двое наседали на сержанта, отбивающегося прикладом карабина. Он держал его за ствол, как дубину."
"Алексей ударил одного лопаткой, как топором, поперёк спины. Захрустели рёбра. Немец закричал, и Алексей ударил ещё раз.
Разведчик упал.
Теперь немец остался в одиночестве. В правой руке он держал нож, а левой слепо шарил по поясу, пытаясь нащупать кобуру.
Сержант взмахнул карабином. Немец отшатнулся, уворачиваясь от удара, запнулся о тело убитого соотечественника и упал на спину. Изо всей силы сержант ударил его прикладом по руке. Немец выронил нож и закричал от боли. А сержант бил прикладом — по груди, по лицу, по животу. Он как будто обезумел.
— Сержант, всё, успокойся.
Ты убил его.
Сержант посмотрел на Алексея диким взглядом, на его лице темнели многочисленные капли крови.
— Ты ранен?
— Вроде нет.
— Кровь у тебя на лице.
Ни наши, ни немцы не стреляли, боясь в темноте попасть в своих. Немцы не пускали осветительных ракет, что делали всегда — они надеялись, что их разведчики выкрутятся.
— Мы что, вдвоём остались?
— Похоже.
— Тогда берём наших и тащим к траншеям. Может, ранен кто.
Алексей взял подмышки Илью и, пятясь, потащил его к своей траншее.
Благо никто не стрелял, и это давало ему возможность не пригибаться.
Когда почувствовал под ногами бруствер, остановился.
— Эй, пехота! Помогите!
К нему подбежали два пехотинца и помогли спустить минёра в траншею.
— Не дышит он, вся грудь в крови.
Тяжело дыша, рядом появился сержант.
— Как он?
— Готов, — ответил пехотинец.
— А мой жив, дышит. Зови санитаров! Вот что, Ветров, — обратился он к Алексею, — иди к месту схватки, собери оружие. Положено так.
— Наше или немецкое?
— Всё, что найдёшь. И документы, если у немцев есть, тоже прихвати.
Алексей вздохнул. Неохота, страшновато снова на «нейтралку», но… сержант приказал.
— Есть.
Он выбрался из траншеи и не ползком, а на ногах направился к месту, где произошла схватка. Обшарил карманы маскировочных халатов у немцев — пусто. И наши, и немецкие разведчики перед рейдом в тыл противника документы сдавали.
Обыскивать убитых было неприятно.
