Пошли!
Они двинулись по дороге. Никому из немцев и в голову не пришло остановить четырёх пехотинцев, идущих на передовую.
Группа дошла до второй траншеи и легко её миновала. Метров же через шестьсот шла сама передовая.
Однако везение — дама капризная. И, видимо, отвернулось оно от разведчиков.
Выбрав момент, они перебрались через траншею и залегли перед бруствером. По сигналу Евгения ползком двинулись вперёд, но попали на заграждение из колючей проволоки.
Первым двигался Алексей. Он вовремя нащупал проволоку, приподнял нижний ряд.
Прополз Дробязго, за ним — Василий, потом полз Пётр. И надо же было такому случиться — широким голенищем немецкого сапога он зацепился за проволоку и резко дёрнул. К проволоке, по своему обыкновению, немцы привязали консервные банки, и тарарам поднялся невообразимый.
Пётр проскочил за ограждение. Но немцы уже встревожились. Сразу два ракетчика выпустили осветительные ракеты. Это было крайне опасно — разведчики находились в полусотне метров от траншеи.
Крикнув на немецком: «Не стрелять, свои!», Дробязго ввёл немцев в некоторый ступор.
Тем временем, обернувшись к группе, он приказал:
— Встаём и бежим изо всех сил!
Вся четвёрка, дружно вскочив, бросилась вперёд.
Секунду-другую немцы медлили и не стреляли, пытаясь разобраться, что происходит. Окрик с «нейтралки» на немецком, неизвестные люди, одетые в свою же, немецкую форму…
Наконец, видимо, получив приказ, немцы стали стрелять, и разведчики тут же бросились на землю. Но за время, которое позволили им эти секунды, они успели преодолеть два-три десятка метров.
Гитлеровцы начали бросать из траншеи гранаты, но радиус поражения немецких гранат невелик, и до разведчиков долетели только потерявшие убойную силу осколки.
Хуже было другое — начал бить пулемёт. На какую-то секунду ракеты погасли. Разведчики вскочили и снова бросились бежать вперёд.
И тут под Василием, бежавшим первым, взорвалась противопехотная мина. На полном бегу он рухнул на землю.
Со стороны немецкой траншеи раздался хлопок, и вверх снова взмыла осветительная ракета, залив «нейтралку» бледным, мертвенным светом.
Тут же заработал пулемёт, и разведчики вновь бросились на землю. Но когда был отдан приказ двигаться вперёд, Пётр уже не поднялся — пуля попала ему в голову.
Оставшиеся в живых Алексей и Дробязго упрямо и отчаянно ползли вперёд — в этом было их спасение. Чем дальше от немецких позиций, тем больше шансов на спасение.
Алексей лихорадочно ощупывал перед собой землю.
