А меня выгнал, да так бесцеремонно, почти за шиворот, как котенка… – на самом деле всхлипнула Лиза.
– Мой хозяин – человек без сантиментов, что есть, то есть. Не думаю, что он это со зла.
– Да какая разница… Просто это так унизительно, как будто я не пресс-атташе, а какая-то левая девка, санитарка, уборщица!.. Больше часа кофе пила с каким-то дегенератом! А потом позвонили и разрешили вернуться. Разрешили!
– Ты зря так расстраиваешься, Лиза. Я уверен, что Михаил Георгиевич не собирался тебя унижать, он просто не акцентирует внимание на таких тонкостях, как этикет и всякие протокольные расшаркивания.
– Мне от этого должно быть легче?
– Сама выбирай. Я бы не стал так убиваться.
– Леня, тут дело не в том, убиваться или нет. Он меня на глазах генерала унизил, а тот даже… даже… – снова всхлипнула Лиза, и Леон понял, что смысл как раз в этом: генерал не возразил, не одернул Ворона, позволил разговаривать с любовницей как с обслуживающим персоналом, и именно это Лизу убило. Легкое злорадство на секунду появилось, но тут же исчезло.
– Лиз, ты не плачь, это мелочи все. Мужчины так устроены: они трусоваты по сути, не всегда тактичны и далеко не в каждой ситуации знают, как себя вести. Я уверен: генерал даже не подумал, что тебе может быть неприятно.
– Вот именно, – всхлипнула она снова. – Вот именно, даже не подумал! Зачем ему думать? И о ком – обо мне? Смешно!
– А это ты к чему сейчас? Хочешь комплиментов? Прости, я не умею их говорить.
– Каких еще комплиментов? – не поняла Лиза.
– Я о том, что он вообще не придает значения тому, что между нами. Знаешь, он привез сюда отца, известного журналиста-криминолога. Так вот, меня он представил как пресс-атташе, ни словом больше. Даже не Лиза – Елизавета Андреевна! Отношения, да?
– А ты хотела, чтобы человек, которому за пятьдесят, внезапно представил отцу девушку, годящуюся ему в дочери, как любовницу? Тебе не кажется это странным? – Леон поймал себя на том, что ему нравится говорить Лизе такие вот неприятные вещи, и от этого стало как-то не по себе – как будто ириски у ребенка отобрал.
– Я бы хотела, чтобы он хотя бы не скрывал! Но нет, мы даже на каких-то мероприятиях сугубо официальны и застегнуты на все пуговки. Не дай бог подойти и уголок платка в кармане поправить!
– Но ты разве не понимала этого раньше? В тот момент, когда согласилась на эту связь?
– Я думала, что со временем все изменится, понимаешь? – заговорила она после небольшой паузы.
