Из динамиков лилась негромкая японская музыка, не отвлекавшая от трапезы, – все, как было заведено еще в то время, когда Марина была здесь хозяйкой. Вот только в татами-рум войти она так и не смогла. Эта комната сразу возвращала в прошлое, а воспоминания причиняли боль, которой сейчас ей хотелось избежать.
Они выбрали стол у окна, сделали заказ, и Марина совсем привычно закурила, забыв, что теперь в заведениях этого не делают. К столу тут же метнулся мэтр, но Ворон жестом подозвал его к себе, что-то прошептал на ухо и сунул за лацкан купюру.
Мэтр скроил недовольную мину, но ушел, не сделав замечания. Докурив, Коваль усмехнулась:
– Что, пообещал, что разрулишь с потребнадзором, если вдруг?
– Какая разница? – уклонился Мишка. – Кури, уплачено. Сейчас вообще пусто будет до вечера, можешь делать все, что хочешь.
Она ничего не успела ответить – в зале нарисовались Хохол, Леон и Вадим. Телохранитель шел первым, и вид у него был довольно разгневанный.
– Могли бы предупредить, что ваш брат будет контролировать ваши передвижения.
Коваль поморщилась:
– Меня никто не контролирует. Ты пока можешь быть свободен, – и, заметив, что Вадим не двинулся с места, повторила громче: – Я сказала, что ты свободен.
Вадим резко развернулся и ушел, а Хохол как ни в чем не бывало плюхнулся на стул.
– Гуляете?
Марина смерила его злым взглядом:
– Ты что, тоже забылся?
– Ты гонор-то поубавь, я не охранник тебе, если забыла! – От Хохла исходила какая-то дикая энергия, и Марина решила пока не устраивать разборки, дома будет время.
– Где вы были? – недовольно поинтересовался Ворон у Леона.
Тот кивнул на Хохла.
– Пусть Жека рассказывает.
– А есть о чем?
Помешала подошедшая с подносом официантка. Пока она расставляла на столе заказ, все молчали. Заметно было, что девушке стало страшно: тонкие пальцы маленьких рук задрожали.
– Милая, а принеси-ка нам… хоть отбивные, что ли, – попросил Хохол, удержав собравшуюся уходить официантку за рукав синего кимоно. – Да, Леон? Годятся отбивные с рисом?
– Вполне, – кивнул Леон, и официантка исчезла.
Марина вытянула хаси из пачки на столе, щелкнула ими, но к еде не притронулась. Она вопросительно смотрела на мужа, а тот держал паузу.
– Вы не поверите. – Хохол наконец решил, что пора начинать. – Мы сегодня чуть Беса не накрыли. Даже не могу понять, как он успел уйти. Опоздали минут на тридцать – максимум сорок.
– А какого, прости, лешего вы решили на Беса поохотиться? – спросила Коваль, в упор глядя на мужа.
– Так вышло.
