Их оставило мощное неионизирующее излучение – возможно даже, в инфракрасном диапазоне, глубоко проникшее в древесину.
Как и ожидал Динфонг, следующий вопрос задал Карлтон:
– Выходит, преступник ничего там не нагревал и не занимался выжиганием на полу?
– Точно. Поверхности пола вообще ничего не касалось.
– Минуточку. – Карлтон пошевелился, и стул под ним угрожающе застонал. – Как такое может быть?
– Мое дело описывать, а не строить догадки, – ответил Динфонг.
– Что же это получается? – не сдавался шеф. – Следы выжгли каким-то лучевым пистолетом?
– Я не в состоянии определить, что служило источником излучения.
Недоуменно хрюкнув, Карлтон вернулся в прежнее положение.
– Перейдем к кресту. – Появился следующий слайд. – Наш эксперт-искусствовед определил его как редкий экземпляр тосканских крестов семнадцатого века. Такие обычно носили в высших кругах общества. Он сделан из спаянных слоев золота и серебра и вырезан вручную, что создает довольно интересный эффект, известный как lamelles fines, пластинчатые волокна.
Была еще деревянная оправа, которая большей частью сгорела.
– Сколько же этот крест стоит? – Карлтон, видимо, для разнообразия решил задать умный вопрос.
– С драгоценными камнями – от восьмидесяти до ста тысяч долларов. В первоначальном виде, разумеется.
Карлтон присвистнул.
– Крест нашли на шее жертвы прикипевшим к коже. А вот фотографии с места преступления.
При виде снимков кто-то с отвращением, а кто-то и недоверчиво скривился."
"– Как видите, крест, нагретый до температуры плавления, оставил глубокий ожог на коже.
Однако посмотрите: прилегающие участки кожи даже не покраснели. Нечто – и я действительно не могу сказать, что именно – выборочно расплавило крест, не обжигая тело жертвы. Крест частично сгорел и вплавился в плоть. А это, – Динфонг дал следующий слайд, – электронный микрофотоснимок – трехтысячекратное увеличение. Крайне необычная точечная коррозия на серебряной части креста. Этого я также не могу объяснить. Подозреваю, что очень сильное, длительное излучение уничтожило слой электронов, испарив часть металла.
Почему оно воздействовало на серебро, а не на золото, я сказать не могу.
– Нельзя ли, – поднялся Карлтон, – сказать это нормальным языком?
– Конечно, – сухо ответил Динфонг. – Что-то нагрело и расплавило крест, не тронув ничего вокруг. Полагаю, это некий вид излучения, который воспринимается металлом лучше, чем кожей.
– Со следами копыт – то же самое?
– Вполне возможно.
