Он вытащил пистолет и выстрелил в замок – раз, два, – и по узкому проходу, будто гром, прошлось эхо.
– Господи Иисусе, я думал, отмычкой!
– Это и есть моя отмычка – модель «на крайний случай». – Пендергаст убрал оружие. – Другого способа отпереть заржавленную дверь я не знаю. Особенно если дверь не открывали годами."
"К удивлению д'Агосты, открылся вид на обширный луг, переходящий в холм, окруженный ветхим жильем. На самой вершине холма рощица мертвых деревьев окружала нечто напоминающее руины греческого храма: увитые плющом четыре дорические колонны подпирали обвалившуюся крышу.
К постройке вела небольшая дорожка, ныне поросшая толстым слоем сорняков и ядовитого сумаха. По обеим сторонам от нее мертвые деревья устремили в серое небо сухие когтистые ветви.
– Что это? – передернул плечами д'Агоста. – Парк?
– В определенном смысле.
Пендергаст пошел вверх по разбитой дороге, аккуратно переступая через трещины и бугры, обходя четырехфутовые сорняки и ядовитые кроваво-красные пестики сумаха. Никак нельзя было сказать, что только вчера его ранило в руку.
Позади сухих деревьев буйствовали настоящие джунгли из плюща, ежевики и кустарника. Поражая яркостью зелени, заросли дышали неестественной энергией.
Пройдя несколько сотен футов, Пендергаст достал из кармана листок бумаги.
– Сюда, – сказал он, сверившись с записью.
Фэбээровец перешел на тропинку, перпендикулярную дороге. Д'Агоста последовал за ним, продираясь сквозь сорняки высотой по грудь и собирая на форму пыльцу. Пендергаст шел медленно, поглядывая по сторонам и время от времени останавливаясь, чтобы свериться со схемой.
Казалось, он что-то считает. Постепенно д'Агоста понял, что именно: скрытые сорняками-переростками, по бокам тянулись ряды низких серых гранитных плит, и на каждой – имя и пара дат.
– Ч-черт, это же кладбище!
– Да, здесь хоронили бездомных, отверженных и сумасшедших. Сосновый гроб, шестифутовая яма, гранитное надгробие и двухминутная речь за упокой – вот все почести от штата Нью-Йорк. Это кладбище заполнилось примерно десять лет назад.
Д'Агоста присвистнул:
– А Ренье Бекманн?
Внезапно Пендергаст остановился у низкого гранитного камня и мыском ботинка раздвинул сорняки.
Ренье Бекман
1952-1995
С холма подул холодный ветер. Сорняки всколыхнулись, будто колосья. Где-то вдалеке прогремел гром.
– Он мертв! – воскликнул д'Агоста.
– Точно. – Достав телефон, Пендергаст набрал номер. – Сержант Баскин? Мы нашли могилу и готовы приступить к эксгумации.
