Шифры – жутко мощные, и взломать их не удается.
– Так ведь я тоже шифрую электронную почту, когда пишу маме. Винсент, доказательств нет. Вот на этом нас ловит «Таймс», а потом делает из нас монстров, нарушающих права граждан. И вам ли не знать, что добиться разрешения на прослушку – тот еще геморрой.
– Прочтите досье на Балларда. Он продает китайцам военные технологии.
– Я просила вас не рассказывать, что в этой папке.
– У Балларда в Италии завод. Там разрабатывают для китайцев ракеты, которые смогут преодолевать нашу систему ПРО.
– Моя юрисдикция распространяется на завод в Италии в такой же мере, как на карманников в Монголии.
– У Балларда – волосатая лапа в Вашингтоне. И не одна. На выборах он спонсирует всех и каждого. Ни ФБР, ни ЦРУ не хотят связываться.
Хейворд нервно мерила шагами кабинет, а ее черные как смоль волосы на плечах колыхались в такт движениям.
– Послушайте, Лаура, мы же с вами американцы. Баллард продает Америку, и всем на это плевать. Вам нужно лишь придумать и рассказать прокурору убедительную историю.
И пусть при этом вы слегка нарушите устав.
– Устав придуман не просто так, Винсент.
– Порой наступает время, когда мы должны поступать по совести.
– «По совести» – значит, «по правилам».
– Только не по таким. Нью-Йорк – мишень для терактов номер один. Бог знает, кому Баллард продает услуги. Если его технологии попадут на черный рынок, нам их не отследить.
– Послушайте, – вздохнула Хейворд, – я капитан убойного отдела. В Штатах и без нас хватает шпиков, ученых, дипломатов – их сотни тысяч, и они следят за такими, как Баллард.
– Да, но это-то дело в ваших руках. Прочтите досье, и вы поймете: назревает нечто серьезное. Установить «жучки» очень просто. Баллард сейчас посреди Атлантического океана, а у нас – номер его спутникового телефона и автоматический регистратор номеров, по которым он звонит. Все это – в папке.
– Спутниковый телефон прослушать нельзя.
– Знаю. Зато есть закадычные дружки Балларда, можно отслеживать звонки с их конца.
– А если Баллард будет звонить по незарегистрированным номерам, что тогда?
– По-вашему, лучше бездействовать?
Хейворд нарезала еще несколько кругов и остановилась напротив д'Агосты.
– Пусть тогда действуют другие, а я отвечу: нет.
Вот, значит, как. Д'Агоста попробовал улыбнуться, но понял, что не получится. Мог бы сразу догадаться – тот, кто не заключает сделок с совестью, не станет самым молодым капитаном в Нью-Йорке.
Он поднял глаза и встретился с внимательным взглядом Хейворд.
