Я не хочу, чтобы ЦРУ стало козлом отпущения.
– Мы в ФБР об этом тоже кое-что знаем.
– Я полтора года вел Балларда, и будь я проклят, если вот так сдамся на полпути. Я – американец и люблю свою страну. Прижмите Балларда, иначе на Нью-Йорк посыплются ядерные ракеты – только потому, что политики получили на лапу.
Пендергаст отложил папку.
– Но почему именно я?
– Хотя вы работаете в ФБР, о вас идет добрая молва. – Церэушник позволил себе циничную усмешку. – А то, что вы притащили Балларда на допрос, как обычного уголовника, – это здорово, по-мужски.
Вы молодец.
Агент ЦРУ включил мотор, зажег фары и выехал на магистраль. Он вновь погрузился в молчание и хранил его до тех пор, пока впереди не показались похожие на кристаллы света небоскребы.
– Вы не слышали обо мне, я не слышал о вас. Этой беседы никогда не было. Файл удален из наших разработок, так что если он и вернется в ЦРУ, никто ничего не заподозрит.
– Как насчет вас? В конце концов, вы вели Балларда.
– Не беспокойтесь о моей заднице, я сам о ней позабочусь.
Церэушник высадил Пендергаста в нескольких кварталах к северу от дома. Когда фэбээровец покидал машину, сотрудник разведки наклонился к нему и заговорил снова:
– Агент Пендергаст...
Тот обернулся.
– Не сможете прижать ублюдка – убейте.
Глава 32
Человек, именующий себя Васкез, оглядел крохотную каморку, в которой он проведет следующие несколько дней. Некоторое время назад ему пришлось взяться за оружие, когда открылась дверь дома через дорогу.
Получив неожиданный шанс, напряженный Васкез вгляделся в прицел: объект покидал дом. Но не один. Отложив винтовку, наемник сделал отметку в записной книжке: 22.31. Двое тем временем прошли к неприметному «шевроле», припаркованному у особняка.
Как только автомобиль отъехал, в дверном проеме мелькнуло нечто белое. Васкез увидел, как человек в смокинге отступил в дом, прикрыв за собой дверь. На первый взгляд он был похож на дворецкого, но мыслимое ли дело – дворецкий в этой части города?
Васкез запретил себе жалеть об упущенном шансе.
Ни к чему завершать дела преждевременно. К тому же предосторожность не бывает излишней.
Отложив блокнот, он отошел от окна, чтобы вернуться к приготовлению «гнездышка». Васкез устроился в заброшенном «отеле»; по углам валялись использованные иглы и презервативы. Наверное, в этой комнате кто-нибудь даже умер – на полу лежал дырявый матрас, в середине которого темнело пятно.
