– Я многое мечтал рассказать: о преступлениях, преступниках, системе правосудия. О людях вообще.
– У вас получилось.
– Не совсем.
Их кружки опустели.
– Еще по одной? – предложил д'Агоста.
– Конечно. Винни, я должна сказать, что глазам не поверила, когда увидела на вас сержантские нашивки и саутгемптонский значок. Даже подумала, что это не вы, а ваш брат-близнец.
– Жизнь, что поделаешь.
– Все-таки вы здорово работали, убийства в метро – дело то еще!
– Конечно. Помните беспорядки?
Она кивнула:
– Зрелище как в кино.
Мне до сих пор кошмары снятся.
– А я пропустил. Рыскал в полумиле под землей, подчищая за капитаном Уокси.
– Старина Уокси... Знаете, его так глубоко засосало в тоннеле, что тело потом не нашли. Должно быть, аллигатор сожрал... В полиции, – помолчав, добавила Хейворд, – сейчас все по-другому. Совсем по-другому. И слава Богу, а то ведь такие кадры порой попадались.
– Помните Маккэрролла по кличке Маккариес из отдела технической поддержки? У него еще изо рта воняло, – хихикнул д'Агоста.
– Помню ли? Я на этого подонка полгода трубила! Быть женщиной и работать в технической поддержке... да еще не спать с Маккариесом...
– Так он ухаживал за вами?
– В его понимании «ухаживать» – значит, тереться об меня, обдавать вонью изо рта, говорить, что у меня классная фигура, да при этом причмокивать.
– Боже мой! – Д'Агоста скорчил рожу. – Что же вы не доложили?
– И прости-прощай карьера? Слишком много чести для кретина!.. Сейчас наш нью-йоркский департамент – как другая планета, абсолютно профессиональный.
Идиот вроде Маккэрролла капитаном уже не станет.
За второй кружкой пива Хейворд закормила д'Агосту байками о Маккэрролле и другом давно ушедшем капитане по имени Эл Дуприско. Вспомнилось и еще много чего.
– Господи, – покачал головой д'Агоста, – нет места лучше для копа, чем Нью-Йорк.
– Вот именно.
– В Саутгемптоне я протухну. Лаура, мне нужно вернуться.
В молчании д'Агоста посмотрел на Хейворд: их глаза встретились, и в ее взгляде д'Агоста увидел... Что именно, он не понял.
Может быть, жалость?
– Ладно, извините.
Забавно, как жизнь поставила все с ног на голову. Хейворд теперь, наверное, самый молодой капитан, а д'Агоста... Что ж, если кто и заслуживает успеха, так это она...
– Послушайте, – резко вернувшись к официальному тону, сказал д'Агоста. – На самом деле я просто хотел убедиться, что вы не держите зла на Пендергаста, затем и пригласил выпить. Мы со специальным агентом раскрыли не одно, а два больших дела.
