Сейчас регенерация завершит работу, и мы решим, как отсюда выбираться. А еще надо бы и мужиков вытащить, о которых я совершенно забыл. Надеюсь, еще есть, кого вытягивать.
Но вообще-то, это не мои проблемы, вот честно. Какое мне дело до них — взрослые люди, сами разберутся. Да, моя задача — спасти Настю, ну, и бабушку паровозом к ней. На остальных должно быть пофиг. Меня и так ненавидят — одним недоброжелателем больше или меньше, не имеет значения.
Черт, нет, я так не могу! Благородная кровь, мать ее, толкает на глупости.
Кстати, вот спрашивается, какого лешего я стал играть в аристократа и драться на мечах, вместо того, чтобы просто покромсать всех эфиром? Идиот? Или это на меня так Влад действует?
Вот буквально недавно гордился своим хладнокровием — и тут же иду на поводу каких-то глупых желаний. Надо, наконец, научиться разделять — в семье можно и милым мишкой побыть, а вот в бою надо превращаться в яростного медведя…
— Тим, — открыла Настя глаза. — Ти-и-и-им!!! — вскочив, она кинулась ко мне на шею, заливая ее слезами.
И плевать ей, что она почти голая, а я не железный. Увидела кровь и сразу в слезы. И было бы из-за чего реветь — рана-то уже затянулась. Просто слабость еще не прошла, хотя и стала намного меньше.
— Все уже хорошо, милая, — погладил я ее по голове, целуя в губы. — Пойдем спасать остальных. Только тебе надо одеться, а то я не кровью истеку, а слюной.
— После того, как моих вещей касались эти уроды, я их не надену, — брезгливо посмотрела она на остатки платья и лифчика.
Вздохнув, я снял с себя рубашку и накинул на нее.
На миниатюрной девушке она смотрелась как платье, хоть и коротенькое. Увидев, что рубашка просвечивает, я еще сверху накинул пиджак и застегнул его на все пуговицы. Нехрен всяким разным смотреть на мое!
На мне же осталась нательная майка, так что голым торсом я никого не буду смущать. А если и буду — пофиг. Мне стесняться нечего, а девушкам надо снять стресс. И если мой вид им в этом поможет, то замечательно.
Взявшись за руки, мы пошли в другой зал, где, собственно, и находились оставшиеся в живых девушки и женщины.
И сейчас они столпились возле входа в лабиринт, с тревогой смотря на дымящуюся чернотой арку.
— Так, дамы и… к-хм, дамы, — громко сказал я, привлекая к себе внимание. — Сейчас мы попытаемся вернуться обратно. Предвосхищаю ваш вопрос — мы не на Земле, но связь с ней есть. Надеюсь, с разрушением артефакта нас выкинет в привычный мир, как, собственно, и тех, кто зашел в лабиринт. Ну, и магия вернется.