Когда выбралась из ванны, обнаружила, что не взяла с собой сменной одежды, даже халата. Не выйти же, в чем есть, и щеголять перед Кириллом в одном полотенце?
Вздохнув, я принялась снова натягивать на себя то, в чем пришла.
Вытерла волосы, расчесалась, но сушить не стала.
Посмотрела на себя в зеркало. Взгляд затравленный, под глазами залегли синяки.
""Зверь, может, приведешь в меня порядок?""
""И не подумаю! — совершенно по-хамски ответил он. — Хватит прятаться"".
""Ну, Зверь!"" — заныла я, но на этот раз мой друг был непреклонен.
""Нет"", — отрезал он и затаился."
"Я беззвучно выругалась. Да что за опала? Но и мои ругательства также не возымели действия. Я вздохнула и вышла из ванной. Может, Зверь и прав, какой смысл прятаться и казаться лучше, чем я есть? По-моему, Кирилл уже видел меня с худшей моей стороны, и если убрать синяки под глазами, это не сделает меня для него привлекательнее.
Когда я вошла в комнату, он сидел на краю моей кровати с пультом от телевизора в руках, бездумно переключая каналы.
По его взгляду было очевидно, что он не замечает ничего, что делается на экране.
Я вежливо кашлянула, чтобы он меня заметил. Кирилл моргнул, вздрогнул и посмотрел на меня.
— Прости, задумался.
— Если ты хочешь побыть один, я посижу на кухне, почитаю, — предложила я, что угодно, чтобы ему помочь.
Кирилл скривился.
— Если бы я хотел побыть один, я бы поехал домой.
Что ж, логично.
Я помялась в дверях, не зная, что сделать и что сказать.
— Может, ты голодный? — ляпнула первое, что пришло в голову. — Я могу что-нибудь приготовить.
Он покачал головой и приглашающе протянул ко мне руку.
— Иди ко мне.
""Иди, дуреха!"" — прикрикнул на меня Зверь, видя, что я все еще стою, как вкопанная.
Я подошла, забралась на кровать с ногами и обняла его. Когда он был рядом, становилось так уютно, все проблемы и беды отходили на второй план.
— Мне тоже с тобой очень хорошо и спокойно, — сказал Кирилл, приживая меня к себе.
— Знаешь, ты ведь теперь мой единственный близкий человек в целом свете.
У меня перехватило дыхание. Это было лучше признания в любви, важнее, значимее.
Его губы оказались совсем рядом с моими.
— Я люблю тебя, и я никуда от тебя не денусь, — прошептала я.
Он меня поцеловал. Этом поцелуе слились воедино горечь, отчаяние и страсть. Страсть побеждала. Каждое движение было таким естественным. Он стянул с меня свитер, не прекращая целовать.
