Командирован для проведения ревизии, согласно распоряжению первого генерал-квартирмейстера Главного управления Генерального штаба.
Дежурный изучил предписание и кивнул:
– О вас была телеграмма, помню. Вы уже где-то остановились?
– Решил прежде воспользоваться вашим советом. Хочется, знаете ли, сэкономить командировочные.
– Понимаю. Сейчас пройдите к генералу Калнину. Эммануил Христианович – окружной квартирмейстер, он будет руководить вашей ревизией. В его власти поселить вас в одной из казарм. По случаю теплой погоды войска уже убыли в лагеря, казармы стоят пустые.
Думаю, его превосходительство сумеет разместить приезжего офицера. Пока дайте-ка я отмечу ваше предписание.
Дежурный взял бумагу и воскликнул:
– Вас звать Игорь Алексеевич? Никогда прежде не встречал такого имени.
– Это в честь блаженного Игоря Черниговского. Имя действительно редкое, соглашусь.
Через несколько минут штабс-капитан уже входил в кабинет окружного генерал-квартирмейстера. Тот пожал гостю руку:
– Рад, рад. Лыков ждет не дождется.
Его связали слежкой по рукам и ногам. Как только узнали, черти германские? Сейчас ищем, где протечка.
– Фингергут не мог?
Калнин энергично отмахнулся:
– Пусть он немец, но не можем же мы за одно это чернить его?
– Не можем, – согласился штабс-капитан. – Но кто тогда?
– Челебидаки, чиновник особых поручений при градоначальнике, – один из возможных болтунов. Это недалекий человек с манией величия. Целыми днями шляется по присутственным местам и мешает работать. Но, вернее всего, протечка случилась в городской управе.
Земельным отделением там руководит Клаус Манфредович Зеебрюннер. Видная фигура в Немецком клубе, большой патриот фатерланда. За Лыковым стали следить сразу после того, как он пришел в управу с вопросами.
– Немецкий клуб, – напомнил Продан, – похож на шпионское гнездо. А у нас там нет никакой агентуры. Жулик, которого завербовал Лыков, не закроет все осведомление, он слишком ничтожная для этого персона. Может, поискать в Одессе порядочного немца и уговорить его пролезть туда? В городе их проживает десять тысяч.
Неужели одного порядочного не найдем?
Генерал-майор скептически хмыкнул:"
"– Порядочный за своими шпионить не станет. Но цифры удручают. Дивизия запасных в самом городе, и еще столько же в окрестностях. Случись война, что будет?
Штабс-капитан только вздохнул:
– У вас еще ладно, две дивизии прописаны. А вокруг Петербурга знаете сколько немцев живет? Больше девяноста тысяч! Хватит, чтобы три корпуса укомплектовать.
