После чего отослал лист обратно. Но все это заняло время. Пилипенко уже отбыл в Петербург сдавать экзамены, возвращать листок на место стало некому. И Челебидаки спрятал его в секретном архиве.
– А остальные листы схемы? – продолжал наседать Азвестопуло. – Они были скопированы?
– Челебидаки прояснил и этот вопрос, – ответил штабс-капитан. – По его словам, весь доклад он переписал лично. Но оригинал взял не в морском батальоне, а у себя в градоначальстве, куда его неосмотрительно отослали военные.
Скопировал и стал полистно отсылать в Берлин. Чтобы запутать контрразведку, он решил делать это не через Одессу, а кружным путем, через Петербург. И одно из писем попало к специалистам подполковника Лаврова. Клочок бумаги, который перехватили в столице, стал ключевым во всем деле. После того как секретный доклад не прочитал только ленивый, узнать, откуда протечка, было уже невозможно. Десятки, если не сотни людей могли скопировать бумаги… И лишь пропавший лист, украденный Пилипенко и не возвращенный на место, указывал на изменника.
Челебидаки выяснил это, когда поговорил с капитаном Фингергутом. Тот рассказал о находке в столице и о том, что разбираться с ней в Одессу прислали опытного сыщика. Резидент понял всю опасность и для себя, и для перспективного агента, почти проникшего в академию. Началась операция прикрытия, и на заклание отдали заранее подобранных людей, Двоеглазова с Амбатьелло. В результате мы с вами, господа, сидим здесь и пьем кофе в обществе красивой дамы.
"
"– Но зачем отсылать схему по одному листу? Ведь так выше риск провала.
– Разрозненные листы с непонятными цифрами? Загадка для любой секретной службы. Поди разберись. Лишь сокращенное наименование спасательной станции имени Зеленого помогло нам понять, к чему относится перехваченный клочок. А когда все листы вместе, сразу ясно, что и откуда украдено.
Лыков обратился к агентессе:
– Но как быть с вами? Приехали в Одессу, и тут сразу же сгорела агентурная сеть.
Подозрение первым делом падет на вас. А еще на Забабахина.
– Об этом подумали, – ответила Кузура. – В варшавской организации я считаюсь опытным маршрут-агентом. Поэтому пошла на первую встречу с одесским резидентом без письма. Спрятала его заблаговременно, так чтобы не нашли. Когда меня схватил этот мужлан, – Кузура кивнула на штабс-капитана, – я верещала на всю улицу. Впрочем, вы вчера сами слышали.
