Удивлялась, как раньше не разглядела, а ведь все это на поверхности. Он будто кричал о том, что ему нужна помощь. Уже давно он нуждался в человеке, который сможет протянуть ему руку и вывести из тьмы на свет.
Была ли я этим человеком? Или я могла им стать. Не знаю, кто из нас окажется сильнее. И стоит ли мне вообще пытаться состязаться с тем, что так сильно держит его.
Мои чувства еще так призрачны, и нет никакой уверенности. Что, если это ложное? Что, если решив бороться за него, скоро пойму, что ошиблась и мне это не нужно? Как тогда поступить без того, чтобы не навредить еще больше?
Кажется, мои слова оказали эффект на Адама.
Всполохи яркого пламени отражаются в его глазах перед тем, как его губы сливаются с моими. Они двигаются в слаженном ритме, умело распаляя меня, заставляя мое дыхание срываться, а сердце стучать как сумасшедшее.
Мои губы открываются навстречу его языку, впуская его в себя, признавая его полным своим обладателем. Вся я – это то, что абсолютно, всецело принадлежит этому мужчине.
Во всяком случаи сейчас, в этот момент моей жизни это так, и я не хочу с этим бороться.
Наш поцелуй глубок, со вкусом чувственной обреченности; признания безысходности. Мы уже окунулись друг в друга так глубоко, что может не хватить дыхания вынырнуть на поверхность.
Руки Адама развязывают шнурок на штанах, и они падают у моих ног. После он подхватывает меня под ягодицы, удерживая в вертикальном положении и не прерывая поцелуя, несет меня к ближайшему дивану. Садиться и я опускаюсь сверху, прижав колени по обе стороны от него.
Мои пальцы перебирают его волосы, пока наши губы продолжают чувственную, искушающую прелюдию к тому, что сулит взрывом ощущений и удовольствия."
"Я двигаюсь сверху него, и сквозь его пижамные штаны чувствую, как сильно он заведен. Стон Адама проникает мне в рот, и я улыбаюсь, но не потому, что это забавно. Нет, мне хорошо. Мое сердце словно увеличивается в размерах, будто вот-вот лопнет. Мне и страшно и радостно, потому что я чувствую нечто новое, замечательное; что-то, что переживаю впервые в своей жизни.
Эти эмоции настолько яркие, что я боюсь не выдержать.
Что, если меня просто разорвет?
В такие моменты мне хочется вернуться к прежней жизни только лишь потому, что там безопасно. Там я могу доверять себе, не боясь, что мой разум откажется подчиняться мне; что мое сердце похитят. Но выбирая между реальной возможностью возвратиться к прежнему, без Адама, я понимаю, что не готова. Пока еще не готова.
