– Колу-лайт, безо льда.
Лайонел принес мне напиток и сказал, что если мне только что-то понадобиться, тут же обращаться к нему.
Все еще в легкой эйфории, я взяла один из журналов, разложенных на столике и, потягивая колу, принялась листать страницы. Адама все еще не было, и периодически я поглядывала на вход. Ничего не могла поделать с волнением, которое испытывала перед встречей с ним. Мне удавалось дистанцироваться от отношений с ним в течение недели, но когда я должна была вот-вот увидеть его, мой пульс разогнался, и меня стало кидать то в жар, то в холод.
Ну что ж это такое? Что за предательская реакция, и это после всех его издевательств? Ведь обещала себе, что останусь непроницаемой ко всему, что касается этого человека.
Я была в процессе самобичевания, когда мой личный деспотичный диктатор поднялся на борт. Мы сдержанно поздоровались друг с другом, хотя мое сердце и ускорилось при виде него.
Я не могла отрицать, что он был хорош собой, даже слишком. Отрицание этого факта было бы глупым.
В темно-синем костюме и галстуке он был не просто привлекательным, а уверенным в себе руководителем, правителем не только своей жизни, но и всех, кто окружал его.
«Твоей-то уж точно» – фыркнул язвительный голосок глубоко внутри.
Пилот объявил о том, что полет наш продлится около двух с половиной часов и самолет поднялся в воздух.
Как только мы набрали высоту, Адам включил свой МакБук и погрузился в работу.
Чтобы прогнать нежелательные мысли, я достала книгу, которую прихватила с собой и попыталась сосредоточиться на романе.
Это оказалось непросто, я то и дело отвлекалась, и потому каждую страницу приходилось перечитывать по три раза. В итоге это настолько утомило, что я решила включить телевизор.
Адам бросил на меня быстрый взгляд, когда экран ожил, но тут же вернулся к своему компьютеру.
– Ты не против? – Имея в виду работающий телевизор, спросила я.
– Нет.
Он покачал головой, не отвлекаясь от монитора.
Я состроила рожицу, потому что он все равно не мог увидеть.
Я не знала, почему тихо бешусь. Неужели из-за того, что он не обращает на меня внимания? Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! Я сама себя не понимала. Разве не должно быть наоборот, разве я не должна радоваться, что ему нет до меня дела?
Чуть позже нам подали ужин: лосось в сметанном соусе и карамельный чизкейк на десерт. После того, как Лайонел унес посуду, Адам вновь вернулся к работе, а я уткнулась в какое-то дурацкое юмористическое шоу.
