Я почувствовал, что влюбляюсь в нее по уши. Эх, молодость, гормональный фон…
— А сюда как приняли?
— Ну место же освободилось. Сойка вылетела, а у нее с перуновцами что-то не задалось. Теперь будет учиться с нами. Э, ты смотри в нее не влюбись! А то смотришь на нее как на аппетитный кусочек, аж слюни капают.
— Почему? А что так? — спросил я у Васьки. — Или не так?
— Разумовские — очень темные личности. Всю жизнь работали на Империю и только на нее. Достаточно сказать, что о ее бабке ходят легенды, больше похожие на байки.
Так что у них матриархат. И клан у них небольшой, практически равен роду, посторонних почти нет.
— А ее родители?
— Неизвестно. Сгинули где-то. Говорят, не здесь. Так что она сирота.
— Это ты все пояндексил? — да, тут гугла нет и в помине, а вот яндекс живет себе и здравствует.
— Не все. Что-то я раньше слышал, но да, и в имперсети тоже полазил.
— О-па, декан идет, — сказал я. — Либо представлять новую студентку будет.
— Или тебя драть, — осклабился Васька.
— Ню-ню, — ответил я в тон.
— Сейчас и узнаем.
Мы зашли в аудиторию. И будущий предмет моих тайных — а впрочем, почему тайных — воздыханий занял место Сойки за ее партой.
— Группа! — скомандовал декан.
Все встали. Хоть не по стойке «смирно» — все-таки не сапоги из той же академии Перуна.
— Садитесь, — сделал он жест рукой. — У меня для вас два важных объявления. Первое. Вы наслышаны о конфликте между студентом Апраксиным и тремя студентами с третьего курса. Апраксин!
Я встал и взгляды всех присутствующих скрестились на мне.
Я смело глянул в глаза княжне, и увидел в них легкий интерес.
— Конфликт был исчерпан за досудебным соглашением сторон. Апраксин полностью оправдан, а к виновникам будут применены меры дисциплинарного воздействия, причем до самых строгих. Еще раз напоминаю, что за подобные действия следует наказание вплоть до отчисления. Это первый подобный инцидент за последние три года, и, надеюсь, последний.
— Садитесь, господин Апраксин, — махнул рукой декан.
Я аккуратно опустился на стул.
— Второе. Представляю вам вашу новую сокурсницу, княжну Марию Разумовскую.
Ну тут уже встала она, неловко поеживаясь от всеобщего внимания.
— Княжна обучалась в академии Перуна на факультете общевойсковой волшбы, но по некоторым причинам была переведена в наш гражданский вуз.
Понятно. По оговоркам — либо кого-то опять припорола на дуэли, либо со здоровьем возникли проблемы. Все-таки потогонка Перуна не для всякого здоровья полезна.
