— Их сиятельства графы Донцов, Свирский и Потоцкий и вирник Онуфриев!
Папаша сделал жест, и лакей отступил в сторону, придерживая дверь.
Ба! Чудо-аристо пожаловали! Но печать вырождения так хорошо лежала на их рожах, хорошо знакомых мне по их наследникам.
— Прошу вас, садитесь, господа! — отец широким жестом показал на вычурные кресла.
— Ваше Сиятельство, мы прибыли по неотложному делу, — начал с порога Донцов. Садиться он не стал, а вот другие плюхнулись на красивые, но неудобные, специально выбранные отцом кресла, где посетитель сидел ерзая и был вынужден смотреть на отца снизу вверх.
— Я немного наслышан о вашем деле, — кивнул отец.
— Позвольте, я объясню, — засуетился вирник. — Ваш сын, Александр Апраксин обвиняется в нанесении телесных повреждений легкой и средней степени тяжести.
— Что? — взревел папаша и тяжелым взглядом уставился на меня.
Я лишь потупил с виноватым видом глаза.
— Как упомянуто в рапорте околоточного надзирателя Харитонова, сегодня, находясь в учебном заведении ваш сын спровоцировал конфликт с наследниками вышеупомянутых родов и нанес им телесные повреждения.
В результате все трое были помещены в лечебное учреждение, где…
— Короче, как там тебя, Онуфриев, кажется?
— Так точно, Ваше Сиятельство!
— Что там с пострадавшими?
— Все в госпитале Перуна, у двоих сотрясение мозга и ушиб мягких тканей, у третьего ушиб гортани с травмой головы.
— И это натворил мой сын? — спросил Папа. — Как?
— Неизвестно.
В его руках был какой-то твердый предмет, которым он и нанес телесные повреждения.
Ага. Был бы у меня в руках твердый предмет, были бы повреждения покруче.
— А как же волшба? — прищурился отец. — Они не сопротивлялись?
— Как они утверждают, обвиняемый использовал волшбу против них самих.
А, теперь я еще и магически оприходовал их?
— Он не мог, — со страхом сказал отец.
Блин, ну как играет! Если бы не напутствие перед беседой — поверил бы.
— Увы, но это так, — сказал вирник.
— У вас есть видеозапись этой стычки?
— Увы, нет. Обвиняемый…"
"— Обвиняемый он может быть только по приговору Русской Правды, — прервал его отец. — Не забывайтесь.
— Хорошо, Ваше Сиятельство. Он выбрал место, не просматриваемое камерами слежения.
— Какое?
— Туалет.
— Туалет??? — выкатил глаза отец.
Как я и подозревал, место разборки со мной было выбрано не случайно. И по тем же причинам, что я назвал отцу.
