И явно, это задача не для первокурсника. Что-то связанное с абсолютно дикой модификацией реальности, чуть ли не сверткой пространства. Все равно это только теория, прикладного значения она не имеет. Как тот электрон, которого никто не видит, но рассчитывают его массу, заряд и спин. Только вот физической реализации, аппаратуры для той М-последовательности пока не существует.
Ну-ка, пройдемся еще раз по решению… Да, вроде все верно. Интересно, Пресветлый сам придумал это или получил решение, предварительно скормив задачу мейнфрейму? По крайней мере, испытуемый должен ознакомиться с ответом, тестовые задачи для того и предназначены.
Но не обязательно — многие преподы не раскрывали решение для того, чтобы счастливчик не мог разгласить его результат очередным жертвам, ждущим за дверью аудитории. Не в моем, конечно, случае — эта задача им не попадется.
Я посмотрел налево, на Марию. Вот у нее, похоже, дела не очень — не замечая ничего, она уперлась в листок, покусывая кончик ручки.
— Господин Апраксин, вы готовы? — заметил мои шевеления Пресветлый.
— Да, господин Камардин.
— Давайте, — Пресветлый хлопнул ладонью по столу.
Я аккуратно сел напротив него, стараясь не двигать ножками стула по полу из плитки — звук получался премерзкий.
Я положил исписанные листки на стол.
— Вот, если позволите пояснить…
— Я сам, — Пресветлый отстранил меня жестом и стал вчитываться в текст.
Однако, силен — в моих каракулях разбирался без напряжения. Один листок, второй, третий…
Все. Он отложил последний листок, и посмотрел на меня с толикой удивления.
— Вы решили это здесь? — спросил он меня.
— Да, — осторожно ответил я. — Правильно?
— Правильно, — подтвердил Пресветлый. — Давайте зачетку.
С немалым удовлетворением я заметил, как в графе оценки появилось «отл».
— Я выполняю свои договоренности, господин Апраксин, — сказал он, вручая мне зачетку.
— Спасибо, — честно сказал я.
Я вылетел из аудитории вольной птицей. Получить пятерку у Пресветлого дорогого стоило, как я и говорил.
— Ну что, ну что? — загалдели страждущие за дверью.
— Отл, — гордо сказал я.
— Везет, — Васька Лопухин вздохнул и горестно уставился в планшет с материалами.
Я сделал неопределенную гримасу. Конечно от кровопийцы Пресветлого, чей экзамен в этой сессии был самым сложным и был для некоторых терминальным, получить отличную оценку — фантастика, но сколько я труда и времени убил на все это грязное дело! Если вспомнить, то, пожалуй, пару предметов так в своем вузе сдавал.
