Ну, говори, что за проблемы опять на мою голову? «Говно мамонта» можно в металлолом сдавать? Или еще чего похуже скажешь?
— Мотоцикл твой в норме, что ты его так-то? Он у тебя вообще молодец. Уже почти закончил с ним. Все форсуночки прочистил, продул, все жеклерчики отрегулировал, впрыск проверил. Как скрипочку концертную отстроил, — тут Миха услышал в наушнике странный звук и предположил, что Левша себе то ли пальцы восторженно поцеловал, то ли просто вкусно причмокнул, хвастаясь тем, как техобслуживание старенького Михиного «спорта» провел.
— Так что нет, я не про «Ямаху» твою сказать-то хотел. Просто… Ну, понимаешь, идея у нас тут с соседом моим по гаражу родилась.
— Выпиваете? — деловито уточнил Миха.
— Есть маленько, — не стал спорить Левша. — Но ты ж за рулем.
— Так я и не про водку вашу, а про еду. Голодный я просто как нильский крокодил. Закрутился в очередной раз…
— Но-но-но! Это у нас закуска, а не еда. За едой — вон! — в магаз круглосуточный напротив. Усек?
— Усек, — смирно согласился Миха.
— Молодец. Затаришься — и сразу к нам. Тебе понравится.
Глава 33
Когда Миха вошел в ремонтный бокс, Левша там действительно был не один, а на низком столе, наскоро созданном из нескольких старых покрышек и куска облезлого дсп, стоял бутылек и несколько банок с маринованными огурцами, сардинками и тушенкой.
— Хлеба принес? — первым делом, пожимая руку, поинтересовался Левша.
— Это еда, а не закуска, — мстительно вернул контрдовод Миха, но потом смилостивился и вывалил все содержимое магазинного пакета для общего пользования.
— Знакомьтесь. Это Миха Быстро — людской починяла, а это НикНикыч — тоже починяла, но по другой части, — Левша указал на своего собутыльника.
НикНикыч, полулежавший в единственном в боксе кресле, вставать навстречу вновь прибывшему, да еще и кормильцу и не подумал, но протянул длинную костлявую руку и заулыбался так искренне, что вопросов к нему вот вообще не возникло.
Миха на рукопожатие ответил, потом соорудил себе здоровенный бутер, откусил, запил своим по-прежнему невкусным пивом с унылым нулем на этикетке и только после вопросительно взглянул на Левшу.
Тот выглядел довольным настолько, что не только глазки так и светились, но, кажется, даже лысина в свете ламп блестела еще более ярко.
— Ну?
— Баранки гну! Мы тут сидели с Никычем пиздели на разные темы, и он вдруг интересное сказал.
