Миха размечтался, как все круто будет, когда он посадит Ильзу на свой старый моц, тем самым еще и приоткрыв ей важную частичку себя, своего прошлого, куда он пускал мало кого… А потом вдруг осознал, что больше всего на свете не хочет прямо на глазах у Ильзы рухнуть мордой в грязь — в прямом и переносном смысле.
А значит, прежде и самому нужно вспомнить, каково это: оседлать «говно мамонта». Забавляясь над самим собой, после работы Миха даже зарулил в гараж, в который ставил на зиму своего «туриста», а старый «спорт» жил всегда.
Чехол запылился, и, сдернув его, Миха даже расчихался. Вот только это были единственные громкие звуки, которые отразились от железных стен: «говно мамонта» заводиться отказалось.
— Дохлятина ты долбаная! — озлобился Миха и полез пятерней туда, где, как известно, у всех без исключения мужиков копятся сложные вопросы.
Собственно, выход был очевиден: Левша, который даже рад будет лишний раз поковыряться в полюбившемся ему старичке, отладить его до идеальной отзывчивости… Ну, а сам Миха еще и получит возможность вроде как на законных основаниях, типа «просто проезжая по своим делам мимо», осмотреть «Гуська» и, конечно, задать вопросы о его хозяйке.
Короче, еще через часок «Ямаха», доставленная в подземное логово Левши очередным эвакуатором (одно, блин, разорение с ними, совсем офигели с ценами!), занял почетное место в ремонтном боксе.
— Ильза звонила?
Левша, скривившись, кивнул:
— Продает она «Гуся»-то своего.
Просила срочно и за любые деньги.
— В смысле — за любые?
— А я знаю? Спросил бы, да она трубу не берет, только переписываться изволит. Наверно, стыдно…
— Дерьмо, — немного подумав, постановил Миха.
— Дерьмо, — согласился Левша. — Тебе, кстати, Быстро, битый «Гусь», ремонт которого ты уже частично оплатил, не нужен? Дешево, говорят.
— Дешево… Для кого-то, может, и дешево, а я деньги не печатаю и бюджет государственный не пилю.
— Да я шучу, — вздохнул Левша.
— Просто как-то с ее стороны…
— Понять бы, что случилось. Она ж его обожает — «Гуся» своего.
— Ну что-что? Побилась девочка, испугалась, больше не хочет. Ты вот ни фига не девочка, а как сам разложился тогда, по молодости и глупости, так вот и отбил себе вместе с организЬмом все желание гонять. Даже на эту красотку, — тут Левша опять любовно погладил старушку «Ямаху», — только вынужденно садишься. И гонки стороной обходишь.
