А еще Ильза явно вбила себе в голову, что должна защищать его от начавшегося в ее жизни после! Его! Здорового мужика в расцвете лет, который сам должен был бы стать для нее защитником! И, сука, станет! Как бы Ильза тому ни противилась. Потому что ну что такое-то, ёбанамать?!
Ильза продиктовала номер своего мобильного Левше после того, как они поставили ее поврежденный мотоцикл в бокс, но этого показалось мало, и Миха взял с тумбы ее аппарат, лежавший рядом с его собственным, «ручка об ручку», парочкой, и, порадовавшись, что он не запаролен, отправил с него самому себе сообщение в телегу, про которую точно помнил, что там отключен звук на оповещениях.
Так-то надежнее будет.
Провернув это, Миха положил оба аппарата на тумбу, поправил узковатое для двоих полутораспальное одеяло, накрывая больше Ильзу и немного себя, и впал в задумчивость. Как же быть? Забрать полученный сегодня на гонках выигрыш, про который Ильза сказала, что он не ее, а лишь сумма для возврата долга? Изъять волюнтаристски, после заявив, что теперь главный по части отдачи долгов он: некий Миха Быстро — морда кирпичом, характер нордический?
Наверно, кто-то другой так бы и поступил.
Но Миха был Михой — скучным, как считала явно не к месту и не ко времени помянутая Маринка, и правильным, как была уверена Ильза. Однако дураком его при этом точно ничто бы не счел. Да и не требовалось семи пядей во лбу, чтобы догадаться: должок тот, который висит на Ильзе — это все про тот самый суперкар, а значит, вполне возможно, и про Антона Корнеева.
Это было в какой-то степени даже логично: потребовать расплатиться за угнанную, а после разбитую машину. Но какое отношение ко всей этой истории имеют те гонки на мотоциклах, после которых и потребовалось Михино врачебное вмешательство? А ведь потом еще были попытки побить Ильзу на Волга-Трэфене и вишенкой на этом говноторте — последний эпизод, случившийся во время организованных Аликом гонок, когда их победительница вместо условного пьедестала почета вполне могла отправиться еще выше — прямиком на небеса, к боженьке в гости.
Непонятно…
Вот бы посмотреть записи с камер Алика, которые наверняка и момент финиша не пропустили, да и предыдущие попытки Ильзу с трассы гонки убрать (если они, конечно, были) зафиксировали. Но кто ж даст?"
"Экран телефона на тумбе вдруг зажегся, заливая темную комнату зыбким синим.
