Спустя годы Фриц Иванович думал: а немка пригрела бы русского мальчика? Та женщина с чудесными светлыми волосами, уложенными на затылке валиком? Фриц Иванович пытался думать о ней хорошо, пытался идеализировать и не мог. Рука, вскинутая в нацистском приветствии, разделяла мир на добро и зло.
Мама Вера, старуха Сидориха, деревенские бабы в ватниках и кирзачах стояли на стороне добра, а они, его настоящие родители, остались там, в тени свастики.
…Весть о том, что Верка Гомонова вернулась и привезла с собой мальчонку, обскакала Пустошку не хуже бешеной козы, что несётся с пастбища, задрав хвост и выпучив глаза.
Не успела мама Вера принести воды из колодца, как перед калиткой стали скапливаться сельчане. Перед забором топтались, но на двор не заходили, деликатничали: надо ведь дать время хозяйке хоть лицо ополоснуть с дороги да сапоги скинуть. Шутка ли — девка с войны пришла да с медалями на гимнастёрке!
Первым во двор просочился дед Иван — хромой старик с клочковатыми бровями и корявыми пальцами, что умели с виртуозной ловкостью бегать по клавишам гармошки.
— А ну-ка, бабоньки, прыскайте в стороны, дайте дорогу мужику.
Скинув с плеча гармонь, он развернул мехи, и над головами поплыли протяжные переборы «Амурских волн». Даже сейчас, в старости, замирает сердце от этого вальса, возвращая назад звуки и запахи первого послевоенного лета. Наверное, именно тогда на щербатой скамейке из разбухших досок он и стал русским до мозга костей…
На улице по-зимнему быстро темнело, и луна выглядела большим фонарём.
Фриц Иванович посмотрел на своё отражение в оконном стекле и иронично хмыкнул: Рита видела его только в панаме, в футболке и спортивных брюках, а сейчас костюм с галстуком преображает в солидного профессора с благородной сединой вокруг лысины (чего уж скрывать и зачёсывать). Договариваясь о встрече, Рита предупредила, что придёт в гости не с двумя, а с тремя детьми.
— Интересно, интересно, — задумчиво сказал Фриц Иванович даме в голубом платье, вещающей с экрана телевизора о погоде на Кольском полуострове, — надеюсь, пирога хватит для всех.
* * *Теперь, когда на выходные стали брать из детского дома Лину, Рита так выматывалась, что каждый понедельник встречала с радостью. Хотя в последнее время проблемы с поведением Гали пошли на убыль, прибавились забота о Лине и стыд перед Ромой, что ему достаётся мало внимания, плюс на психику давила постоянная нехватка денег. Но всё же она не сдавалась и не унывала — прожит день, и ладно.
